Проявления интеллигентофобии социального характера

В социуме, в том числе российском, откровеннее всего интеллигентофобия проявляется в качестве младшей сестры русофобии.

И это закономерно, поскольку интеллигентность есть ни что иное, как проявление русскости, стоящей у наших полуинтеллигентов, ориентированных на западные ценности, костью поперек горла.

Как было сказано раньше, традиция во всем винить интеллигенцию возникла порядка ста лет назад и нынешнее поколение интеллигентофобов в ее появлении невиновно. Но к нынешнему поколению претензии справедливы в том, что оно, независимо от исторической ретроспективы, всех стрижет под одну гребенку.

В педагогике есть очень хороший принцип, согласно которому, какой бы поступок ребенок не совершил, никогда нельзя критиковать ребенка. Критике нужно подвергать поступок. Нет плохих детей, а есть плохие поступки.

По этому же принципу поступают и русофобы. Откровенной критике они подвергают не весь народ, а его самую образованную часть, чем фактически дискредитируют русское образование, науку, культуру и тем самым наносят вред всей России. Если предположить, что они своей критикой проявляют стремление искоренить какие-то недостатки, свойственные интеллигенции, то, следуя упомянутому принципу, делать это нужно, критикуя конкретные недостатки, а не интеллигенцию в целом.

В зависимости от того, насколько поставлен слог, каждый интеллигентофоб старается блеснуть перед остальными изощренностью своего презрения к интеллигенции, через которое сквозит пренебрежение ко всему русскому. Например:

Или вот:

Вторым явлением, свидетельствующим о наличии в нашем социуме интеллигентофобии, является низкий статус, в котором оказался интеллигент.

Речь идет не о статусе интеллигенции в целом и не о статусе «интеллигентов», а о статусе той немногочисленной категории интеллигентных людей, которые честно и добросовестно отдают самих себя делу и которые своим опытом могли бы принести еще очень много пользы людям. Положение, в котором многие из них оказались в силу сложившихся обстоятельств вынуждает их чувствовать себя ненужными, отвергнутыми, лишними.

Вот что в статье «Интеллигентность как возможный ориентир профессионального развития психолога-практика», пишут (цитируя Г.Зюганова) Николай Сергеевич и Елена Юрьевна Пряжниковы:

И превращают. Обратите внимание, с каким воодушевлением интеллигентофобы обвиняют интеллигентов за результаты так называемой перестройки. А на каком, спрашивается, основании, если партию, за которую по их же словам голосовала интеллигенция, антиинтеллигентное большинство на пушечный выстрел не допустило к власти?

Благодаря этой цитате становится понятным, в чьих интересах высказывания в отношении интеллигенции типа этого:

Третьим признаком, подтверждающим наличие в социуме интеллигентофобии, является игнорирование проблем, связанных с неоднозначным отношением к понятиям «интеллигенция», «интеллигент», «интеллигентный» и «интеллигентность».

Очень характерный пример каламбурного отношения к понятиям «интеллигент» и «интеллигентный»  можно увидеть на протяжении с 16-й по 20-ю минуты в телепередаче «Суд на судом времени», состоявшейся еще осенью 2010 года. Обозреватель газеты «Известия» Ирина Петровская, излагая свою версию причин непонятных итогов голосования, сказала, что Леонид Млечин работает в образе «классического интеллигента», а Сергей Кургинян в образе «площадного трибуна». Этого оказалось достаточно, чтобы в своей реплике С.Кургинян сумел, с одной стороны, предъявить претензии к «интеллигентным людям» за произошедшее двадцать лет назад, с другой, — заявить: «Кто из нас более интеллигентен, это вопрос вкуса. Я белой завистью завидую Леониду Михайловичу, что его дамы так оценивают».

Понятно, что для одного человека стакан может быть наполовину пуст, а для другого наполовину полон. Мы привыкли, и не удивляется тому, что, как было сказано выше, человечество делится на две категории, — одна интеллигенцию ненавидит, другая боготворит. Но, чтобы один и тот же человек предъявлял претензии к «интеллигентным людям» и одновременно завидовал тем, кого назвали интеллигентами, это, согласитесь, явление необычное. Однако, не ради защиты Сергея Ервандовича, а во имя справедливости нужно заметить, что ни он один способен сам себе противоречить, используя эти понятия. Большая часть россиян, проявляя стремление выглядеть интеллигентно, способна с огромным удовольствием затоптать того, кто смеет не только выглядеть, но и быть интеллигентным, — аккуратным, снисходительным, деликатным. Особенно, если тот один.

Очень хорошо об этом явлении в статье «Что мешает интеллигенту войти в церковь?» сказал о.Филипп (Парфенов):

А вот, как это выглядит у доктора наук, профессора, «не имеющего» к интеллигенции абсолютно никакого отношения:

К ОГЛАВЛЕНИЮ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

5 × три =