Аванесов Г.А. Интеллигенция

Интеллигенция — это сословие, некий социальный слой, социальная группа, особая сфера общественных отношений. Это не только социологическое и психологическое понятие, но и демографическое (демографическая группа). Существует тесная связь с этикой и эстетикой. В известном смысле условно можно говорить и о субкультуре интеллигенции. Однако основа у интеллигенции личностная.

Анализируя понятия «интеллигенция» и «интеллигент», мы обратились к научным трудам, представленным в книге «Русская интеллигенция» (М.: Наука, 1999). Использовались и другие источники, однако главным образом именно указанная книга.

Слова «интеллигенция», «интеллигент» и «интеллигентный» были введены в литературный оборот в середине XIX в. Эти слова еще тогда получили почти современное значение. Ученые отмечают: история русской культуры неразрывно связана с историей русской интеллигенции. Исторически с интеллигенцией связывались такие проблемы, как свобода, власть, познание, интеллектуальная элита общества. Одной из существенных отличительных особенностей интеллигенции является ее социальное положение. Начиная с XIX в. русская интеллигенция определенно выступает в качестве особого общественного слоя или сословия. Отличие интеллигента от лиц других социальных групп состоит не в выборе политических убеждений и не в какой-то определенной религии или ее отрицании. Во всех этих сферах существует полная свобода выбора из многих возможностей. Но сам по себе интеллектуальный выбор и многообразие этих возможностей существуют благодаря интеллигенции. Развитие общества — задача, которая по плечу только интеллигенции. Здесь, однако, имеется в виду, что интеллигенция — реальный социальный слой, часто его называют сословием, социальной группой; это социальное образование, социальный объект. Однако этот реальный слой в целом себя не проявляет, за ним нельзя наблюдать воочию, он «невидимый», интеллигенты же проявляются поодиночке (индивид, личность, индивидуальность). Положение здесь сложное. Может быть, понятия «интеллигенция» и «интеллигент» есть, а соответствующие реалии не существуют. И наоборот. Есть, живут и действуют эти реалии, но ученые никак не могут окончательно сформулировать понятия. Конечно, поиск истины надо продолжать, но надо также исходить из того, что интеллигенция как социальный слой и интеллигент как индивидуальность существуют реально.

Слово и соответствующее ему понятие «интеллигенция» сперва означали «люди с умом», [п]отом «люди с совестью», затем просто «очень хорошие люди». Сейчас мы говорим так: интеллигенция — разумная, образованная, умственно развитая часть населения, а отсюда производные слова: интеллигент, интеллигентный и т.д. Соответственно именно индивидуальному понятию «интеллигент» говорится о личностной основе интеллигенции. Свойства личности интеллигента: высокий уровень воспитания, культуры, образованность, просвещенность, доброта, сострадание, забота о людях, любовь к отечеству и стремление защитить его. Человеку все это дается «сверху» — Богом. Конечно, личность, стремящаяся стать интеллигентной, сама способна сделать для этого многое, но каждый должен помнить: интеллигент не тот, кто ведет себя интеллигентно, тем более демонстрирует это, а тот, кто иначе вести себя не может, ибо в этом суть его. У интеллигента от природы ум, честь, достоинство, доброта, но при всем этом выдвигается на первый план осознанная готовность заботиться не только о себе, но и о других. Все соответствует свободе и воле. Много ли у нас в стране таких людей? Может быть, есть такие в «элите», о которой говорилось выше? Во всяком случае о массовости говорить не приходится.

Думается, что недопустимо говорить, а тем более вводить в научный оборот различные произвольные понятия: «полуинтеллигент», «среднестатистический интеллигент» и т.д. Иногда в литературе встречаются ссылки на «упрощенные» понятия интеллигенции и интеллигента, но что под этим подразумевается, не раскрывается. Некоторые в целях критики таких упрощений пишут: того и гляди, скоро будет использоваться термин «маргинальный интеллигент». Если использовать упрощенные понятия, то в интеллигенцию начнут записываться «упрощенные люди», списки желающих называться интеллигентом будут составляться [п]о тому или иному принципу: возрастному, национальному и т.д. И выстроятся ряды… В интеллигенты хочу, твою мать! Но в любом случае это еще одна общественная прослойка: чиновники разных уровней, другие «трудящиеся» и, конечно же, «слуги народа». Нормальные люди уже устали удивляться и возмущаться, когда из дня в день много лет подряд с одной и той же программой на экранах телевидения выступают «мастера искусства», именуемые интеллигентами. Это, на наш взгляд, «шоу-интеллигенция» — шантрапа. Никто не может согнать их с экранов телевидения. Деньги!

Под влиянием «пролетарской культуры» место уничтожаемой и изгоняемой «старой» русской интеллигенции заняла «новая» советская интеллигенция, подбираемая по классовому принципу и социальному происхождению: только выходцы из рабочих могли создавать полноценную «пролетарскую культуру» — отсюда селекционный принцип высшего образования, подбора кадров в науке, искусстве и т.д. Все советские годы, как пишет К.В. Кондаков, интеллигенция жила не разумом, не волей, а лишь обольщением и мечтой. «Жестокая действительность, — по словам К.В. Кондакова, — каждый раз безжалостно наказывала интеллигенцию, швыряла ее в грязь, на землю, разочарования были такой силы, что, казалось, от них никогда не оправиться. Но прошло время… Можно ли оправиться сегодня? Надо еще подождать, время покажет». Однако время уже пришло. Достаточно сказать об отношении к Е.Т. Гайдару. Натравили против него маргиналов и затравили. А сами спрятались. Не стыдно?

Интеллигенция — понимание, познавательная сила; «умный — знающий — мыслящий — понимающий» — в современном общественном (обыденном) представлении означает социальный слой образованных людей, профессионально занимающихся сложным умственным (по-преимуществу интеллектуальным) трудом. Подчеркнем еще раз: понимание, знание, познавательная сила, интеллект — именно эти свойства присущи определенной категории людей, кру[г]а людей (еще никто не отменял понятия «люди нашего кру[г]а», «люди не нашего кру[г]а»). Соответственно можно определить «социальный статус интеллигента». Именно указанные атрибуты, собственно, и являются определяющими в характеристике «круга людей», социальной группы, называемых интеллигенцией, а не их положение среди других сословий социума.

Надо сказать, что у интеллигенции много признаков, но даже совокупность их, пишет Ю.С. Степанов, не дает полного определения. Может быть именно поэтому именем «интеллигент» называют людей, соответственно социальные слои, не имеющих на это права. Разве можно назвать интеллигенцией технократов и чиновников, даже если у них есть дипломы или если они пишут книги, выступают на научных собраниях? — ставит вопрос Ю.С. Степанов. Ответ, конечно, отрицательный. Известно, что в свое время власть преследовала интеллигенцию и чиновники играли в этом деле ведущую роль, над подлинной интеллигенцией издевались, а потом эта же власть и эти же чиновники присвоили себе имя интеллигента. Получается так: сначала я ненавижу интеллигента из-за своей ущербности, а потом хочу стать интеллигентом, чтобы хоть как-то компенсировать свою ущербность.

Просвещение, пишет М.Л. Гаспаров, — абсолютно необходимая предпосылка интеллигентности. Нынешние все более частые декларации, что образование не гарантирует интеллигентности и что в людях простых и неученых можно встретить больше интеллигентности, чем в иных профессорах, это, продолжает М.Л. Гаспаров, только означает, что понятие интеллигентности сдвинулось в область чистой нравственности. С этим, на наш взгляд, не с[то]ит поспешно соглашаться. Здесь должно быть следующее «построение» интеллигента: нравственность + совесть + интеллект. От понятия интеллигентности нельзя отрывать все, что связано с интеллигентом: воспитание, культура, образованность, что «склеено» с просвещением. Причем важно отметить, что воспитанность — это то, что впитано человеком с младенческого возраста, с «молоком матери», оно «зафиксировано» глубоко внутри человека на всю жизнь. Культурность, образованность, просвещенность — это не врожденные, а благоприобретенные качества, сформировавшиеся в человеке в процессе его жизни. Но главное все же, на наш взгляд, это нравственность и совесть. Основное в человеке то, что стоит в нем на первом месте, — это нравственность. Вот почему надо делать ставку на развитие такого социального слоя, как интеллигенция.

Сегодня в нашей стране социальный слой интеллигенции «утолщается». Во-первых, надо учитывать всю массу тех, кто называет себя интеллигентом (почти вся эта масса заблуждается). Во-вторых, сегодня, куда ни обрати свой взор, каждый требует считать себя интеллигентом. К.Б. Соколов пишет: «Когда человек говорит “я интеллигент”, он, по сути дела, утверждает примерно следующее: я — известный человек, относящийся к элите общества, я думаю головой, потому что я умный, образованный, я тонко организованная личность». Как здесь не повеселиться и вспомнить слова из песни: «Сам себя считаю городским теперь я…» Однако бедолага постоянно «скулит»: «Деревушка моя».

Кто же такой интеллигент? Существует ли реально интеллигенция и что это такое? Частично на эти вопросы мы уже ответили, однако есть необходимость продолжить рассуждения.

Интеллигентным человек становится индивидуально. Социальный слой (или сословие) «интеллигенция» реально существует, однако «вход» в него и «выход» из него всегда остаются в пределах индивидуального поведения. Этот слой состоит из конкретных людей, личностей. Нам представляется, что становление интеллигента можно сравнить с верой в Бога, верующим человек также становится индивидуально. Абсолютно одинаковых интеллигентов нет. Нет и абсолютно одинаковых верующих. Верующий в отличие от интеллигента сам определяет, войти ему или не войти в среду верующих. У интеллигенции нет своей «церкви», где они могли бы «молиться», укреплять свое сословие.

Интеллигенция сочинила миф о самой себе, пишет К.Б. Соколов, доброй, умной. Честной и принципиальной. «Интеллигенция среди всяких положений, званий и состояний исполняет всегда одну и ту же задачу. Она всегда — свет, и только то, что светит, или тот, кто светит, будет исполнять и интеллигентное дело, интеллигентную задачу»[1]. Используя указанный научный труд К.Б. Соколова, позволим себе воспользоваться его описанием, определениями.

Известный писатель Д. Гранин продолжил мифотворческую позицию, пишет К.Б. Соколов. Вот на что указывает Гранин: «Наша интеллигенция столичная, провинциальная в особенности, поколение за поколением, несмотря ни на что, сохранила нравственные понятия и чести, и милосердия, и добросовестного груда, и порядочности, и, наконец, честности. Духовные ее заслуги перед историей бесспорны… Никто из них никогда не служил опорой власти. Менялась политика, менялись правители, но интеллигенция всегда знала, за что ей бороться». Далее К.Б. Соколов цитирует Д.С. Лихачева, Н.Я. Эйдельмана, соответственно следующее: «Интеллигента можно узнать по отсутствию в нем агрессивности, подозрительности, комплекса собственной неполноценности, но мягкости поведения». И еще об интеллигенте: «За несколько поколений выработался тип относительно свободного, сознательно идейного, активного интеллигента». Уже из приведенных определений, пишет К.Б. Соколов, явствует, что налицо типичный миф, ибо подобных «ангелов во плоти» никогда не существовало. А если и существовали такие интеллигенты, то в виде одиночек, представляющих скорее исключение из общего правила. Можно вспомнить, как вели себя некоторые «интеллигенты», когда власти преследовали А.Д. Сахарова. А как они принимали участие, когда буквально травили Е.Т. Гайдара. Конечно, интеллигенция здесь ни при чем, а кто же эти индивидуальные интеллигенты? Я не знаю, сколько всего академиков в нашей стране, но сорок из них в свое время поставили свои подписи в газетной статье против Андрея Сахарова.

Сейчас в нашей стране, пишет В.В. Кожинов в указанной книге «Русская интеллигенция», различных «академий» и «академиков» развелось невиданное множество. Думаю, что Шандыбин сказал бы: «Я академик Академии рабочего класса».

Интеллигент — это тот, кто не поглощен целиком и полностью своим собственным благополучием, а делает все для процветания своего общества и готов в меру своих сил потрудиться на его благо. Представляется, что интеллигент — это прежде всего труд, благородный и благодарный. Интеллигент тот, кто своим трудом приносит реальную пользу отечеству, это труд, который реально ощущается людьми, народом. При определении то[го], интеллигент человек или нет, важно учитывать его социальное происхождение: барин из люльки — барин, барин из холопов — холоп. Надо сказать, что среди тех, кто сам себя считает и называет интеллигентом, холопов более всего. И их не смущает, что они холопы, лишь бы называться интеллигентом.

Понятия «интеллигенция» и «интеллигент» очень трудно определить, тем не менее попытки предпринимаются. Сделано в этом плане, однако, очень много.

Интеллигенты — это люди, для которых характерны интеллект, воспитание, образованность; это самое распространенное понятие. К этому добавляют уже все остальное: доброту, сострадание и т.д. Многие авторы весьма критически относятся к тому, что интеллигенты — это люди с дипломом о высшем образовании. Это довольно распространенное сегодня представление. Оно очень удобно для подсчета числа интеллигентов по наличию дипломов, но ничего не дает для объяснения самого феномена. Такое определение растворяет интеллигенцию в массе конторских служащих. Согласно такому определению, пишет К.Б. Соколов, и председатель КГБ Ю.В. Андропов, и академик А.Д. Сахаров оба являются представителями «советской интеллигенции». Согласно этому же определению, С.М. Миронов и академик Д.[С]. Ли[х]ачев также оба являются представителями «российской интеллигенции», или ее же представителями являются Б.В. Грызлов и всемирно известный ученый профессор Е.Т. Гайдар. Вот это и есть личностная основа.

Хотелось бы заявить: если кто и желает назвать себя интеллигентом, стать им, то пусть всегда помнит, что самое неприемлемое для интеллигента — это деньг[и] и личное обогащение. Любые материальные активы несовместимы с понятием «интеллигент». У интеллигента отвращение к богатству. Однако… Интеллигенция (та, какая уже есть в нашей стране) сегодня стремится к обеспечению, к благополучию и не видит уже ничего плохого в сытой жизни. Но здесь, как нигде в другом месте, надо иметь в виду, что в основе этого (строго настрого) лежит индивидуальное начало. Один интеллигент в силу своих убеждений живет «жирно», а другой — худо. Думается, что это вполне естественно.

Может быть, в нашей стране закрепится понятие интеллигента как хорошего человека, умного, воспитанного, образованного, честного, доброго, внимательного к людям, отзывчивого? [Э]то должен быть человек высокой нравственности и совести.

Найти таких людей нелегко. Их надо отбирать, установить какие-то критерии.

Представим себе выборы ради того, чт[о]бы хотя бы немного повеселиться. Выборы у нас в стране — уже смешно.

Выбор хорошего человека может осуществляться в нашей стране только из тех людей, которые есть у нас. Из кого же выбирать? Что имеем, то имеем. Других, увы, нет. Отобранными могут оказаться разные категории людей: маргиналы, чиновники, представители шоу-бизнеса, футбол-бизнеса и т.д. В числе отобранных в основном будут Шариковы и Шандыбины — «доктора собачьих наук» и «доктора рабочих наук».

Может быть, ничего не ворошить, зря все это? Ведь сколько лет мы выбираем депутатов, уже пора и понять, что такое выборы, как они проходят. Возможно, сами депутаты считают, что, выбирая их, народ выбирает интеллигенцию. Уж больно часто они называют себя интеллигентами. Они и вправду считают себя такими.

Мы еще точно не знаем, что такое нравственность. Нам также неизвестно, что есть совесть. Однако мы уверены, что это возвышенные оценки и с их помощью человек может быть представлен достаточно высоко.

Что касается «плохо образованных профессоров, “пролезающих’’ в науку и интеллигенцию», о которых пишет М.Л. Гаспаров, то это особо «горький» вопрос. Многие из таких «профессоров» весьма плохо образованны и малокультурны, невоспитанны», — подчеркивает М.Л. Гаспаров. К сожалению, в последние годы такие люди проложили себе «хитрую» дорожку в науку и идут по ней уверенно, не натыкаясь на препятствия. Им по блату, за деньги и т.д. создана «широкая столбовая дорога», а потому нет необходимости «карабкаться по каменистым тропкам». Все легко, все просто. И вся эта «тень» падает на истинных ученых, на интеллигенцию.

Как это обычно бывает во времена резких перемен в социальной жизни, реформ и перестроек, на поверхность в сфере науки всплывают деньги, блат, ухищрения дельцов, обман, хитрость, подхалимаж, умение влезть в душу и т.д. Родители пишут диссертации сыновьям и дочерям, мужья — женам, особенно грязно и нагло пробиваются в науку глупые любовницы. Кому только ни продаются диссертации. Все это делает проходимцев сначала кандидатами наук, потом докторами наук, профессорами. Затем они «вертятся» среди истинных ученых, пробиваются в диссертационные советы, выступая на каком-либо собрании, говорят о себе «мы интеллигенты», «мы ученые», всячески пропагандируют себя, сами о себе пишут книги, красочно издают их и сами же их распространяют. Посмотрите, мол, не такой уж я тупой, как вы думаете. На самом деле это жулики, втиснувшиеся в науку. Это аферисты от науки. Их отличает то, что они очень примитивные. Им не бывает стыдно. Они не знакомы с совестью. Их нравственность находится на «социальном дне». Эти «профессора-маргиналы», или, иначе, «маргинальные профессора», — это люмпены в науке. Не случайно в науке происходят столкновения между истинными учеными и «липовыми профессорами». О «плохо образованных» профессорах и «случайных интеллигентах» пишет не только М.Л. Гаспаров, об этом говорят также Ю.С. Степанов и И.В. Кондаков в указанной выше книге «Русская интеллигенция. История и судьба». «Профессора-лазутчики», как отмечается в этой книге, люди, «неспособные шевелить мозгами». Сегодня у нас разные неучи прикрываются словами «интеллигент» или «профессор», это, как подчеркивается в этой же книге, «личности без малейших признаков интеллекта, подзаборная шантрапа». Это «социально вредные и опасные» люди, создающие криминальный бизнес в науке, «денежно-криминальную науку», а каждый из них — социально-уродливая личность, не имеющая ничего общего с нравственностью и совестью.

В назидание другим заметим, покаемся.

Кому не известны такие «профессора-лазутчики»? Они среди нас. А за виноватыми в этом далеко ходить не надо. Мы сами их создаем, закрываем глаза на этих «профессоров-лазутчиков», пропускаем их в науку через созданное нами же «дырявое сито». И сами же расплачиваемся за все это. Когда имеешь дело с теми, кто «пролезает» в науку, помогаешь им, не забывай: швырну[в] бумеранг, он непременно возвратится к тебе же и обязательно вышибет тебе зубы. Не игнорируйте этот закон бумеранга.

Почему-то никто не пишет об интеллигентных женщинах. В литературе все представлено в обобщенном виде. Однако данную проблему нельзя игнорировать. Здесь возникает немало вопросов.

Женщины — министры нашего правительства интеллигентные или нет? А женщины — депутаты Думы? Видимо, они сами себя считают интеллигентами, возможно «упрощенными», но все же интеллигентами. Представляется, что есть много женщин, которые относятся к сословию интеллигентов. Это представители науки, культуры, искусства и т.д. Женщины, как и мужчины, заявляют о себе поодиночке. Здесь, так же как и в других случаях, главное — это индивидуальная основа, личностная проблема.

______________________

    1. Соколов К.Б. Мифы об интеллигенции и историческая реальность // Русская интеллигенция. История и судьба. М. 1999., С. 149-150.

Аванесов Г.А.
Преступность и социальные сословия.
Криминологические рассуждения
(извлечения)

https://isfic.info/arshot/danvim07.htm

Аванесов Г.А. Интеллигенция: 1 комментарий

  1. М-да… И такие рассуждения об интеллигенции бывают. Криминологическими называются.
    Зато многое объясняют в причине происхождения выводов, подобных этому: «Выбор хорошего человека может осуществляться в нашей стране только из тех людей, которые есть у нас. Из кого же выбирать? Что имеем, то имеем. Других, увы, нет».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

одиннадцать − 4 =