Добрынина М.И. Трактовка понятия интеллигенции в годы советской власти

Проблема трактовки понятия интеллигенции остается в современном обществоведении одной из дискуссионных тем. Обширный материал, накопленный социологами, философами, историками по данной тематике, послужил теоретической основой для формирования различных подходов к обозначению интеллигенции.

В отечественной литературе советского периода общепринятой стала социально-экономическая трактовка. Предполагалось, что люди являются специалистами в своей профессии, владеют соответствующими знаниями, умениями, навыками и никакими особыми морально-этическими качествами от остального народа не отличаются. Их творческие способности или этическое самоопределение не учитывались. «Главные отличия официального понимания советской интеллигенции от социологических трактовок дореволюционного времени, — отмечает А.В. Соколов, — заключались, во-первых, в том, что первая мыслится как совокупность профессионалов, выполняющих определенные трудовые функции, а вторая — как совокупность «разумных и образованных» людей независимо от их профессиональной занятости; во-вторых, в акцентировании экономической специфики интеллигенции — работники не физического, а умственного труда» [1].

Важно отметить, что на различных этапах развития советского общества понятие интеллигенции подвергалось существенной коррекции. Так, в 1926 г. С.Я. Вольфсон в своей работе «Интеллигенция как социально-экономическая категория» определял интеллигенцию как «межклассовую, промежуточную — между пролетариатом и мелкой буржуазией — группировку, образуемую лицами, существующими путем продажи своей умственной (интеллектуальной) энергии» [2]. Здесь же автором была высказана мысль о том, что наряду с интеллигенцией как особой социальной группой в каждом классе существуют свои «интеллигентские прослойки», состоящие из «интеллектуальных (умственно-квалифицированных) членов данного класса». В последующие тридцатые-пятидесятые годы интеллигенция рассматривалась как социальная прослойка, члены которой заняты умственным трудом. Интеллигенция в те годы отождествлялась со служащими, кадрами специалистов. В «Кратком философском словаре» (под ред. М.Розенталя и П.Юдина), изданном в 1955 г., говорится: «Интеллигенция — общественная прослойка, состоящая из людей умственного труда. К ней относятся инженеры, техники и другие представители технического персонала, врачи, адвокаты, артисты, учителя и работники науки, большая часть служащих» [3].

В 1960-е гг. произошли заметные изменения в понимании исследователями интеллигенции. Прежде всего, М.Н. Руткевичем и В.С.Семеновым была подвергнута критике трактовка интеллигенции как совокупности работников умственного труда, включавшая в себя специалистов и служащих. Под интеллигенцией ими предлагалось понимать не служащих вообще, а только специалистов, имеющих соответствующую образовательную и профессиональную подготовку [4; 5]. Поскольку в партийно-государственных документах «интеллигенция» рассматривалась как совокупность всех работников умственного труда, то М.Н. Руткевичем была предложена в определенном смысле компромиссная трактовка понятия интеллигенции в широком и узком смысле слова. В широком смысле слова интеллигенция в основном совпадала со служащими как слоем, характеризуемым с точки зрения социального положения. В более узком смысле интеллигенция — это специалисты, занятые умственным трудом [4]. Определение интеллигенции социалистического общества М.Н. Руткевич сформулировал следующим образом. Это «большая социальная группа трудящихся, профессионально занятых умственным трудом высокой квалификации, требующим, как правило, для своего выполнения среднего специального или высшего образования» [6].

В.С. Семенов предложил к интеллигенции относить только тех, кто занимается подлинным умственным трудом. Введя понятие «труд обслуживания», он пришел к выводу, что работники, связанные с этим трудом, не относятся к интеллигенции. Этот труд, по мнению автора, представляет в большинстве случаев вычленение из умственного труда простейших операций по учету, ведению книг, непосредственному обслуживанию и т.п., то есть этот труд не является интеллектуальным трудом, духовной деятельностью в ее истинном значении [5].

В 1960-е гг. предпринимались попытки дать и другие трактовки интеллигенции. О.И. Шкаратан, С.А. Кугель и ряд других исследователей пришли к выводу, что интеллигенция представляет собой не единый социальный слой общества, а два особых социальных слоя внутри классов рабочих и крестьян [7; 8]. Интеллигенция ими рассматривалась как внутриклассовый слой в рамках либо рабочего класса, либо крестьянства на том основании, что между людьми умственного и физического труда в условиях социализма нет различий по отношению собственности, являющимся основным классообразующим и социально дифференцирующим признаком.

Наряду с характером и содержанием труда, уровнем образования и профессиональной принадлежности, отношением к собственности на средства производства были предложены качественно иные основания определения интеллигенции. Например, С.П. Стадухин рассматривал интеллигенцию как «социальную группу людей, труд которых, являясь умственным по содержанию и творческим по характеру, в целом направлен на преобразование природы, социальнополитического устройства общества и духовнонравственного облика личности» [9].

Естественно, не все сформировавшиеся к тому времени точки зрения нашли поддержку исследователей. Аргументированной критике была подвергнута точка зрения О.И. Шкаратана и С.А. Кугеля, трактовавших интеллигенцию как внутриклассовый слой. При таком подходе интеллигенция расчленялась, а ее части включались в состав рабочего класса и колхозного крестьянства, что означало по существу отрицание интеллигенции как единого социального слоя. Правда, спустя 8 лет О.И. Шкаратан признал неверной точку зрения о том, «что производственнотехническая интеллигенция вошла в состав рабочего класса» [10]. Несмотря на свою обоснованность, не стал общепринятым взгляд на интеллигенцию, сформулированный при помощи введения понятия труда обслуживания.

Из всех приведенных трактовок интеллигенции наиболее широкое распространение получила та, которая рассматривала интеллигенцию как социальную группу трудящихся, профессионально занятых умственным трудом высокой квалификации, требующим, как правило, для своего выполнения среднего специального или высшего образования. Тем не менее и это определение интеллигенции не осталось вне критики. Его оппоненты отмечали отсутствие в нем указания на связь интеллигенции как социального слоя с классовым делением общества, использование профессиональных характеристик для определения социальных различий, применение в качестве критерия определения интеллигенции соответствующего образования [11]. Несмотря на отмечавшиеся исследователями недостатки этого определения, интеллигенция и в последующие годы в большинстве случаев характеризовалась как социальный слой, для которого квалифицированный умственный труд является основным видом профессиональной деятельности и главным источником существования как «социальная группа трудящихся, отличительная особенность которой заключается в том, что ее лица профессионально занимаются высококвалифицированным умственным трудом [12].

Следует отметить, что в конце 1970-х гг. была предпринята попытка вернуться к старому определению интеллигенции. В докладе на пленарном заседании Всесоюзной научной конференции, которая состоялась в 1979 г. в Новосибирске («Советская интеллигенция и ее роль в строительстве коммунизма»), Ц.А.Степанян определял интеллигенцию как социальный слой, включающий в себя всех лиц, занятых умственным трудом. Он говорил: «Советская интеллигенция -это многонациональный по природе, многоотрядный по профессиональной структуре, массовый и быстрорастущий единый социальный слой тружеников преимущественно умственного труда, в прочном союзе с рабочим классом и крестьянством осуществляющий под руководством ленинской партии строительство коммунистического общества». Здесь же Ц.А. Степанян спрашивал: «На каком основании служащие как особый социальный слой определяются от интеллигенции?» Он считал, что служащие — это неотъемлемая часть единого, но состоящего из разных по квалификации групп, слоя интеллигенции. Однако призыв к подобной трактовке интеллигенции не оказал заметного влияния на ориентации интеллигентоведов. К этому времени в среде исследователей окончательно утвердилось и мнение, высказывавшееся, как уже отмечалось, еще в 60-е гг. о необходимости замены понятия «прослойка» по отношению к интеллигенции 80-х гг. продолжали появляться работы, в которых интеллигенция рассматривалась как «промежуточный слой», т.е. фактически — «прослойка» [13].

Сохранялось и представление об интеллигенции как о социальной группе, не имеющей собственных интересов, а выражающей интересы лишь классов, служащей классам. В связи с этим В.С. Волков писал, что советская интеллигенция трактовалась как новый социально-исторический тип интеллигенции, который «сознательно направляет свою профессиональную и общественную деятельность на служение коренным интересам рабочего класса, руководствуясь при этом идеями марксизма-ленинизма».

Как уже отмечалось, выделение и понимание интеллигенции в качестве особой социальной группы в обществе детерминированы ее местом в общественном разделении труда, которые связаны с умственным трудом. Особенность интеллигенции заключается в выполнении ею функций сложного умственного труда в различных сферах общественной жизни. Для характеристики труда важное значение имеют понятия содержания и характера труда. Содержание и характер труда — ключевые понятия, характеризующие диалектически связанные между собой две стороны труда. С одной стороны, труд является средством обмена веществ между человеком и природой, с другой — выступает как средство общения между людьми в процессе производства. Содержание труда — это различные его виды, обусловленные спецификой трудовых операций, трудовых навыков и специальных знаний. Различия по содержанию порождают профессиональные различия. Что касается характера труда, то он являет собой социально-экономическую категорию, которая отражает сущностную сторону труда, обусловленную определенным общественным способом производства. Понятие «характер труда» определяет не профессиональные, а социальные различия в обществе. Отсюда характер труда выступает главным критерием определения интеллигенции. Именно характером труда интеллигенция прежде всего отличается от общественных классов. Рабочие и крестьяне, будучи связанными преимущественно с физическим трудом, непосредственно или опосредованно с помощью машины, автомата воздействуют на предмет труда и производят материальный продукт или услуги материального характера. Интеллигенция же связана с качественно иным по содержанию и характером трудом. Интеллигент функционально связан либо с духовным производством, либо со сложным умственным трудом в области обслуживания, либо в материальном производстве представляет собой деятельность по его научному, конструкторскому, технологическому, организационному, экономическому обеспечению, либо является трудом по управлению производством или другими сферами общественной жизни. Результатом непосредственного труда интеллигенции являются созданные им духовные ценности. Но интеллигенция является носителем не только социальнофункциональных качеств, ее представителям присущи и определенные культурно-личностные свойства, совокупность которых принято именовать интеллигентностью. В переводе с латинского языка «интеллигентность» означает «понимающий», «умственно развитый», «культурный».

Интеллигентность гармонично сочетает многие признаки и немыслима без широкой культуры и образования. «Интеллигентность» отражает, с одной стороны, всестороннее развитие человека — высокий уровень морально-этических качеств, профессионального мастерства, общественной сознательности, с другой — активное применение творческих способностей в своей деятельности. С интеллигентностью издавна связано представление о высокой воспитанности, культурности, служении общенародным идеалам, демократизме мышления, бескомпромиссности в отстаивании правды. Интеллигенция -это не только и не просто специалисты, но и одновременно люди концентрированно выражающие духовные заботы, надежды людей, народную совесть и мораль, формулирующие социальные и идейные цели народа, его духовные и нравственные ценности.

Не случайно, вначале 1980-х гг. В.М. Толстых и Л.Я. Смоляков предложили при характеристике интеллигенции социально-функциональную сторону ее жизнедеятельности рассматривать в неразрывной связи с культурно-личностной стороной. Эти две стороны в своей совокупности составляют родовую сущность интеллигенции. Нельзя не согласиться с Л.Я. Смоляковым, что «в реальной жизни нет и не может быть такого явления, как «интеллигент без интеллигентности» или «неинтеллигенный интеллигент». Такие словосочетания должны восприниматься как логический абсурд [14; 15].

«Следовательно, как совершенно правильно, на наш взгляд, — пишет И.С. Болотин, — сами знания, образованность не делают человека интеллигентом. Это дало основание А.И. Солженицыну отличить интеллигенцию от образованщины. «Быть интеллигентом значит больше, чем обладать определенной профессией. Ее характеризует прежде всего внутренняя сконцентрированность на нравственных и духовных проблемах. Как социальная группа интеллигенция формируется на основе общей духовности» [16].

Подчеркивая важность духовно-нравственных критериев при характеристике интеллигенции мы отдаем себе отчет в трудности их определения. В литературе существовали и существуют различные подходы при рассмотрении интеллигентности. Так, Ю.Ф. Абрамов и Г.В. Акименко утверждают, что интеллигентность является особым видом социальности. «Природа интеллигенции заключена в интеллигентности — таком виде социальности, который присущ только ей. По сути интеллигенция — мозаичный синтез специальностей, ядром которого выступает мировоззрение» [17]. В. А. Куманев в содержании интеллигентности в числе общечеловеческих морально-этнических черт выделяет гражданственность и самопожертвование во имя блага и интересов Отечества [18]. Качества интеллигентности называют Л.Я. Смоляков, К.Г. Барбакова, Ю.Н. Козырев, В.А. Мансуров, Р.Д. Мамедов, Э.Н. Фау-стова и другие.

Обращает на себя внимание то, что при характеристике интеллигенции, некоторые авторы используют понятия «духовная элита общества», «эталон нравственности, духовности», «мозг нации» и другие. Возникает вопрос не слишком ли высокие требования предъявляются к интеллигенции? В этой связи уместным является замечание Г.Г. Халиулина о том, что нереально повышенный «проходной балл» в интеллигенты ведет к тому, что самой интеллигенции может оказаться меньше, чем ее исследователей [19]. К тому же надо иметь в виду, что качества интеллигентности могут быть присущи не только представителям интеллигенции, но и некоторой части рабочих, крестьян, предпринимателей, других социальных групп. При этом, обладая качествами интеллигентности, они не перестают быть рабочими, крестьянами, предпринимателями… Что касается интеллигенции, то наличие у них данных качеств является обязательным. В противном случае они лишаются статуса интеллигентов в подлинном смысле этого слова.

Возвращаясь к критериям интеллигентности, надо отметить, каждое общество стремиться к тому, чтобы все его члены сформировали у себя высокие духовно-нравственные ценности, особенно представители интеллигенции. Однако в реальной жизни далеко не каждый специалист становится эталоном нравственности или духовности. В этой связи мы отдали бы предпочтение определению интеллигенции И.И. Осинским как «социальной группы, члены которой функционально заняты сложным умственным трудом и обладают общепризнанными развитыми культурно-нравственными качествами» [20]. В данном определении в качестве конституирующих признаков наряду с функциональной занятостью сложным умственным трудом называются общепризнанные культурно-нравственные качества. К последним относятся гражданственность, духовность, нравственность, совестливость и другие. Совокупность этих качеств выражается понятием интеллигентности. Думается, что эти качества являются вполне достижимыми и достаточными для утверждения в статусе интеллигента.

Сознавая значимость духовно-нравственных критериев при определении интеллигенции, мы в то же время не считаем их единственными. Кстати, в качестве единственных данные критерии рассматриваются рядом авторов. В зависимости от наличия этих качеств или их отсутствия решается вопрос: есть ли в России интеллигенция или ее нет. Неслучайно, на страницах газет и журналов нередко встречаются заголовки статей с характерными названиями: «Русский интеллигент уходит» (Д. Гранин), «Закат советской интеллигенции» (Б. Кагарлицкий), «Прощай, интеллигенция» (Н. Покровский) и другие [21].

В связи с этим необходимо подчеркнуть, что, несмотря на всю значимость, культурнонравственной характеристики интеллигенции, эта характеристика, на наш взгляд, не может быть достаточной для определения данной дефиниции. Как уже отмечалось, не менее важным критерием определения интеллигенции является ее место в системе общественного разделения труда, которое характеризуется ее функциональной связью с умственным трудом. Интеллигенция — это, прежде всего, социальная категория, особая социальная группа людей — участников духовного производства. С точки зрения социологического подхода интеллигенция — группа людей, занятых сложным умственным трудом, это то, что П.А. Сорокин называл «профессиональной работой интеллектуального характера». С выполнением именно этой функции связано место интеллигенции в общественном разделении труда. Исходя из этого, а также учитывая некоторую нечеткость культурно-нравственных критериев в процессе конкретного научного исследования, мы считаем возможным отдать предпочтение критерию характера труда, при этом нисколько не умаляя важности культурнонравственных характеристик интеллигенции. В связи с этим представляется интересной точка зрения историка Г. Г. Халиулина о том, что интеллигентность является приоритетным качеством интеллигенции, но при ее изучении на первый план выходит характер труда и профессиональные критерии, поскольку интеллигенция и предмет ее конкретно-исторического исследования взаимно связанные, но не тождественные понятия» [19]. Другой историк В.Р. Веселов, отмечая ведущую роль для историка интеллигенции социологического подхода, подчеркивает, что «отказ от социально-исторической парадигмы исследования интеллигенции приведет к разрушению преемственности отечественной историографии проблемы, подавляющая часть которой, особенно в советский период, развивалась в социологическом ключе» [22].

Некоторые социологи при характеристике интеллигенции предлагают ввести такой признак, как творческий характер ее профессиональной деятельности. Так, болгарский ученый К. Димитров определяет интеллигенцию не только как слой людей с высоким образованием и квалификацией, но также подчеркивает творческий характер умственного труда интеллигенции [23]. С приведенным утверждением проявляет солидарность Л.Я. Смоляков, уточняя при этом свое понимание творчества, в котором, по его мнению, помимо всего прочего реализуются высокие нравственные, гражданские идеалы. Интеллигент, занимающийся таким творчеством, представляет собой динамично развивающуюся личность, а степень развитости личности схватывается понятием «интеллигентность», которое, таким образом генетически связано с понятием «интеллигенция» и «интеллигент» [15]. Правы авторы в высокой оценке элемента творчества в деятельности интеллигенции. И все же нам представляется, что нет необходимости при определении интеллигенции дополнять указанные ранее признаки признаком творчества. Как правильно, на наш взгляд, пишет Т.В. Никитина, что уже само по себе занятие высококвалифицированным умственным трудом подразумевает наличие в нем (в той или иной степени) творческого начала. М. Вебер, например, выступал против представления, согласно которому «творческие» профессии противопоставляются «прикладным». «Истинный смысл профессий духовного труда, -считал немецкий социолог, — будь это деятельность юриста, ученого или врача — заключается в «практическом», «деловом» осуществлении связи «повседневно» и «неповседневно» ориентированных моментов, а это уже творческий, т.е. новаторский акт» [24]. Творческие потенции и творческие результаты труда интеллигенции и других социальных групп по созданию материальных и духовно-культурных богатств служат основой жизнедеятельности не только отдельных стран и народов, но и цивилизации в целом.

Литература

  1. Соколов А.В. Поколения русской интеллигенции. -СПб., 2009. — С. 31.
  2. Вольфсон С.Я. Интеллигенция как социальноэкономическая категория. — М.; Л., 1926. — С. 9.
  3. Краткий философский словарь / под ред. М. Розенталя и П. Юдина. 4-е изд. — М., 1955. — С. 160.
  4. Руткевич М.Н. Изменение социальной структуры советского общества и интеллигенция // Социология в СССР. Т.1. — М., 1966. — С. 392.
  5. Семенов B.C. Об изменении интеллигенции и служащих в процессе строительства коммунизма // Там же. -С.417-418.
  6. Руткевич М.Н. Интеллигенция как социальная группа и ее сближение с рабочим классом // Классы, социальные слои и группы в СССР. — М., 1968. — С. 136-137.
  7. Шкаратан О.И. Изменения в рабочем классе при переходе к коммунизму // Рабочий класс — ведущая сила строительства коммунизма. — М., 1965.- С.12-13.
  8. Кугель С.А. Закономерности изменения социальной структуры общества при переходе к коммунизму. — М., 1963. — С.42-48.
  9. Стадухин С.П. Некоторые закономерности развития социалистической интеллигенции в период строительства социализма: автореф. дис. … канд. филос. наук. — М., 1966. — С. 14.
  10. Бляхман Л.С., Шкаратан О.И. НТР, рабочий класс, интеллигенция.- М., 1973.- С. 161.
  11. Семенов B.C. Диалектика развития социальной структуры советского общества.- М., 1977.- С. 44.
  12. Бокарев Н.Н., Филиппов Ф.Р., Чаплин Б.Н. Изменение социальной структуры интеллигенции // Социология и современность. Т. 1. — М., 1977. — С. 230.
  13. Степанян Ц.А. Закономерности формирования советской интеллигенции и основные этапы ее развития на пути к коммунизму // Некоторые теоретические проблемы формирования и развития советской интеллигенции на пути к коммунизму: материалы всесоюз. науч.-теорет. конф. -М., 1979. — С. 7.
  14. Толстых В. И. Об интеллигенции и интеллигентности // Вопросы философии. 1982. — № 10. — С. 83-98.
  15. Смоляков Л.Я. Социалистическая интеллигенция. -Киев, 1986. — С. 150.
  16. Болотин И.С. Российская интеллигенция в XX веке: проблемы социологического изучения // Ценностная и социальная идентичность российской гуманитарной интеллигенции: тез. всерос. теоретико-метод. конф. (Москва, 26-27 апр. 2000 г.). — М., 2000. — С. 20.
  17. Абрамов Ю.Ф., Акименко Г.В. Об интеллигенции и интеллигентности // Интеллигенция в системе социальноклассовой структуры и отношений советского общества: тез. докл. и сообщ. всесоюз. науч. конф. — Кемерово, 1991. -Вып. 1. — С. 18.
  18. Куманев В. А. 30-е годы в судьбах отечественной интеллигенции (очерки). — М., 1991. — С. 13.
  19. Халиулин Г.Г. Интеллигенция как предмет исторического исследования в свете современных дискуссий // Интеллигенция России: уроки истории и современность: тез. докл. межгос. науч.-теорет. конф. (Иваново, 20-22 сентября 1994 г.) — Иваново, 1994. — С. 23.
  20. Осинский И.И. Интеллигенция: национальные и региональные проблемы // Интеллигенция в современном обществе: национальный и региональный аспекты: материалы междунар. науч. конф. (Улан-Удэ, 25-27 июня 1997 г.). — Улан-Удэ, 1997. — Ч. 1. — С. 3.
  21. Пригарин А. Будущее за интеллигенцией (полемические заметки) // Альтернатива. — 1999. — № 3. — С.2.
  22. Веселов В.Р. Реалисты и романтики: не пора ли размежеваться? // Интеллигенция и власть на пороге XXI века: тез. докл. регион. науч.-практ. конф. (28-29 марта 1996 г.). — Екатеринбург, 1996. — С. 59- 60.
  23. Die intelligenz in sozialistischen Gesellschaft. — Berlin, 1980. — Р. 33.
  24. Никитина Т.В. Гуманитарная интеллигенция в современных условиях: автореф. дис. … канд. социол. наук. -М., 1993. — С. 10-11.

http://cyberleninka.ru/article/n/traktovka-ponyatiya-intelligentsii-v-gody-sovetskoy-vlasti#ixzz4Nj4RZqDY

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

семнадцать − семнадцать =