Келеман Л.А. Качество интеллигентности: эталонный образ и его реализация на личностном уровне

Вопрос о человеческих качествах занимает особое место среди проблем, связанных с человеком и практическими аспектами его существования. Связано это с тем, что любое качество человека выступает в единстве двух статусов: эталонном, включающим общественно значимые нормы, цели и ценности, в соответствии с которыми человеку рекомендуется «творить» себя, и реальном, воплощающим реализацию эталонного содержания в жизнедеятельности человека. И в этом смысле качества человека представляют собой и результат, и основание человеческого бытия, чем, собственно, и определятся их значимость в общественном и личностном развитии. А поскольку в современном обществе первостепенную роль играют гуманистические ценности и идеалы, постольку в практике реальных социальных отношений особую значимость приобретают те качества, которые способствуют формированию духовно-нравственных свойств личности. К числу таких качеств относится интеллигентность.

Задача данной статьи состоит в том, чтобы рассмотреть качество интеллигентности через призму взаимодействия его эталонного и воплощенного, реально существующего личностного содержания.

Эталонный образ интеллигентности представляет собой идеальную сущность, оформленную в виде теоретико-спекулятивной конструкции, которая создается посредством идеализации и связана с фиксацией в ее содержании наиболее востребованных в социуме и культуре моральных норм и ценностей. Именно по такому принципу и строится большинство определений интеллигентности. Так, по мнению А.Ф. Лосева, интеллигентность включает в себя обостренное чувство социальной справедливости, «больную совесть», нравственный идеализм, сострадание, антимещанство и гражданственность [3, с. 296]. Д.Н. Овсянико-Куликовский выделяет образованность как необходимое условие интеллигентности [5, с. 384]. Н.Н. Моисеев включает в интеллигентность обладание особым духовным миром и духовными потребностями, способность ценить и уважать духовный мир другого человека [4]. Д.С. Лихачев понимает под интеллигентностью интеллектуальную свободу, умение ценить прекрасное, гостеприимство и приветливость, понимание в отношении и к чужому горю, и к чужой радости [2, с. 6]. Л.П. Романков считает, что одним из главных признаков интеллигентности является независимость в суждениях, отказ принимать на веру чужие мнения, не подвергая их собственному анализу [6].

Не умаляя тот позитивный вклад, который внес в формирование понимания интеллигентности каждый из приведенных авторов, а также не ставя под сомнение их право на подобный тип определения, мы считаем, что сам подход к определению содержания интеллигентности посредством простого перечисления входящих в него свойств содержит в себе противоречие методологического характера. Как известно, цель любого определения состоит в том, чтобы раскрыть сущность содержания определяемого явления и тем самым отграничить его от всех иных. Это означает, что для определения содержания качества интеллигентности его необходимо сопоставить, скоординировать, «вписать» в уже существующие структуры человеческих качеств; вместе с тем его содержательное наполнение должно отличаться от уже имеющихся свойств, а для этого оно должно быть обособлено от них.

Логическая проблема связана и с тем, что приводимые в определениях интеллигентности свойства представляют собой предельно общие понятия, которые образуются в результате абстрагирования от предметов, их особенных признаков, вследствие чего они характеризуются широким спектром понимания. Нельзя игнорировать и тот факт, что указываемые свойства, являясь проявлением нравственно-этических свойств человека, изменяются как во времени, так и в отношениях, а потому представляют собой преходяще изменчивые сущности. Именно поэтому авторы, включая то или иное свойство в структуру интеллигентности, вынуждены каждый раз пояснять, как они его понимают и в каком именно значении они его используют.

Существующая же многозначность пониманий исходных свойств задает соответственно и множество определений интеллигентности. А это означает, что как бы мы ни расширяли перечень исходных свойств, составляющих содержание интеллигентности, в своем стремлении к наиболее полному и исчерпывающему определению, приводимые свойства всегда нужно будет уточнять, а перечень свойств всегда можно будет дополнять. Исходя из вышеизложенного, правомерно, на наш взгляд, сделать предположение о том, что в объяснении интеллигентности акцент следует делать не на детальной регистрации составляющих ее свойств, а на выявлении того особенного, отличительного начала, которое позволяет идентифицировать интеллигентность как самотождественную сущность, несмотря на вариативность входящих в ее структуру элементов. Мы руководствуемся тем, что каждое из определений, строящихся по принципу перечисления свойств, представляет собой не просто продукт субъективного авторского предпочтения и понимания, а логико-теоретическую систему, некое упорядоченное множество объектов, которые функционально связаны между собой и образуют целостное единство.

Признание наличия системного характера позволяет нам, используя интегративный подход, обобщить содержание наиболее часто встречающихся свойств, подвести их к более широким понятиям и тем самым привести структуру интеллигентности к более простому варианту, сохраняющему, однако, ее исходные сущностные свойства. Все многообразие этих свойств в конечном итоге тяготеет к трем основным: интеллектуальным, нравственным и этическим, представляющими собой некий остов или, по определению В.Р. Веселова, «несущую конструкцию» интеллигентности [1].

Наличие «несущей конструкции» означает, что входящие в нее элементы характеризуются скоординированностью содержания и местоположения, а значит, каждый из них представляет собой необходимую функциональную часть целостности, и ее отсутствие ведет к подмене интеллигентности другими качествами. Так, мы говорим о существовании интеллектуально, или этически, или нравственно развитого человека.

Признание же положения о том, что данные свойства могут существовать самостоятельно, означает признание того, что возникновение интеллигентности как целостной сущности порождается спецификой взаимодействия частей, ее составляющих. На подобное свойство целостности указывал еще Аристотель, подчеркивая, что природа целого отлична от составных элементов и не выводима из них. Отсюда следует, что интеллигентность как теоретическая конструкция включает в себя не только интеллектуальные, нравственные и этические свойства, но и связи, обеспечивающие их единство. Особое место в контексте решения поставленной в статье задачи занимает социальная связь.

Фиксируя внимание на специфике интеллигентности как активного начала, реализующегося через деятельность человека, социальная связь позволяет обосновать наличие функционально-генетической зависимости основных свойств интеллигентности, в рамках которой интеллектуальность выступает основой знаний, способствующих нравственному и этическому развитию человека; нравственность определяет направленность интеллектуального развития, а этическое начало воплощает содержательную целесообразность интеллектуальной деятельности.

Подобный тип гармонического взаимодополнения подтверждает не только необходимость наличия каждого из свойств, поскольку в реальном проявлении интеллигентности они составляют единое целое и не существуют друг без друга, но и подчеркивает их равнозначность и равноценность в идеальной конструкции интеллигентности.

Социальная связь также выводит нас на понимание того, что конструкт интеллигентности представляет собой не умопостигаемую абстракцию, а результат человеческой деятельности, раскрывающей взаимоотношения человека и мира, и тем самым обосновывает закономерность включения личностного измерения интеллигентности как необходимого элемента целостного понимания данного качества.

Отражая реалии общественной сущности человека: сложившийся образ жизни, культуру своего времени, накопленный человечеством опыт духовно-практического освоения мира, – идеальная конструкция интеллигентности задает границы и направленность социокультурной активности человека, в силу чего и приобретает эталонный статус по отношению к нему. Однако, выступая образцовой мерой или моделью человеческой деятельности, эталон интеллигентности, прежде чем обрести конкретную форму существования, свое живое воплощение в человеческом качестве, перерабатывается, «переживается» и «проживается» отдельным человеком.

Это ориентирует на рассмотрение интеллигентности через призму индивидуальной жизнедеятельности человека, в рамках которой происходит и «получение», и субъективная интерпретация эталонного содержания, и его реализация.

Принятие качества интеллигентности как условия собственного существования и развития определяется индивидуальными особенностями человека, включающими специфику собственного сознания и духовно-эмоционального состояния и желания. Вместе с тем само желание субъекта достичь или добиться чего-либо во многом определяется состоянием окружающей его действительности, условиями и факторами ее развития. Отсюда следует, что выбор качества интеллигентности как стратегии собственного развития отражает уровень собственного развития человека и состояние его наличного бытия, которое не зависит от субъекта, но определяет объективную востребованность следования идеалу интеллигентности.

Человек, принимающий определенную модель социального поведения, в изменяющихся жизненных условиях не только воспроизводит закрепленные в идеальной модели свойства, фиксируя тем самым меру своего приобщения к интерсубъективному миру социально значимых ценностных качеств, закрепленных в идеале, но и редактирует, порой незаметно для самого себя, те моменты, которые в совокупности составляют проблематику именно индивидуального проявления интеллигентности.

Интеллигентность в таком понимании является результатом переосмысления отдельным человеком эталона интеллигентности и выступает постоянно актуализируемой стратегией дальнейшего развития самого эталона.

Подводя итог, следует отметить, что интеллигентность включает в себя и социально значимый идеал, и его проявление на уровне человека. Представляя собой идеальную конструкцию, содержание которой определяется общественной сущностью человека, тенденциями развития социума и самим фактом существования тех или иных общественных ценностей, интеллигентность предстает как эталон. На личностном уровне интеллигентность выявляет меру индивидуального принятия и интерпретации идеального содержания качества.

Эти стороны существуют не изолированно друг от друга, а находятся в тесной функциональной зависимости: обоснование интеллигентности опытом человека превращает ее в реальность, а способность человека трансформировать идеальную сущность в форму своих собственных жизненных установок становится предпосылкой развития самой идеи.

В целом качество интеллигентности может быть определено как целостная интеллектуально-нравственно-этическая сущность, гармонизирующая интеллектуальное и нравственные начала в человеческой жизнедеятельности.

Список литературы:

    1. Веселов В.Р. Интеллигенция на рубеже эпох: проблемы исторического выбора и преемственности // Интеллигенция и мир. – 2001. – № 1. – С. 5–12.
    2. Лихачев Д.С. Письма о добром и прекрасном. – М., 1985.
    3. Лосев А.Ф. Дерзание духа. – М. : Политиздат, 1988. – С. 415.
    4. Моисеев Н.Н. Об интеллигенции, ее судьбе и ответственности // Социально-гуманитарные знания. – 1999. – № 2. – С. 112.
    5. Овсянико-Куликовский Д.Н. Психология русской интеллигенции // Вехи. Интеллигенция в России. – М., 1991.
    6. Романков Л.П. Интеллигенция есть // Образование и культура Северо-Запада России. – СПб., 2001. – Вып. 6.

https://sibac.info/conf/modernscience/l/170491

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

три × один =