Узлов Ю.А. Российская интеллигенция и национальная идея

Российское общество вступило в революционную пору пересмотра прежних представлений о жизни и ее законах, несмотря на разность подходов в оценке социально-политической ситуации в стране, все едины в одном, что от степени гармонизации отношений в обществе, зависит дальнейшее социально-экономическое, политическое развитие Российского государства.

Протестные движения интеллигенции в российской истории играли важную политическую и культурно-преобразующую роль, что особенно актуализирует ее значение в современную эпоху масштабных реформ во всех сферах общественно-политической и культурной жизни.

Нацию объединяет духовное и социокультурное пространство, поэтому предпосылкой преодоления духовного кризиса является формирование в общественном сознании национальной идеи, отвечающей вызову времени, воспитание патриотизма, бережного отношения к историческому и культурному наследию, ее традициям и обычаям, где связующими факторами выступают гражданская ответственность, преемственность, сопереживание за настоящее и будущее.

Миссию формирования идеологии консолидации общества может взять на себя та ее часть, которая наиболее тесно связана с отечественной наукой, культурой и обладает развитым чувством самосознания.

Таким критериям отвечает научная и творческая интеллигенция, осознание которой прошлого и настоящего, предполагает появление новых идей и концепций гражданского и государственного устройства, благодаря своим интеллектуальным способностям, профессиональным знаниям выступает как носитель и творец национальной идеи.

Характерные признаки российской интеллигенции, социальные границы, формы исторической преемственности являются предметом дискуссий научной общественности. Среди работ выделяются публикации, рассматривающие интеллигенцию как внеклассовое и внесословное течение общественной мысли. Р.В. Иванов-Разумник представляет ее как «антимещанскую, внесословную, внеклассовую группу, характеризуемую творчеством новых форм и идеалов и активным проведением их в жизнь в направлении к физическому и умственному общественному и личному освобождению личности» [1, а 80].

Н.А. Бердяев видел в российской интеллигенции «класс людей, целиком увлеченных идеями и готовых во имя своих идей на тюрьму, каторгу и казнь» [2, а 64]. Она формировалась как социальная группа со специфическим сознанием любви к народу, чувством долга и ответственности перед ним, необходимости глубинного осознания самих себя, национальной души, национальной сущности, религиозно-философского миропонимания. Будучи частью общества, интеллигенция восторженно воспринимала любую идею, всякий слух, направленный к дискредитации государственной власти, ко всему остальному в жизни страны она была равнодушна [3, а 45].

Задолго до социальных потрясений Ф.М. Достоевский предупреждал: «Предвидится страшная, колоссальная стихийная революция, которая потрясет все царства мира изменением лика мира сего… Бунт начнется с атеизма и грабежа всех богатств. Начнут низлагать религию, разрушать храмы и превращать их в стойла, зальют мир кровью, а потом сами испугаются…» [4].

Русские интеллигенты оказались самыми наивными и доверчивыми ко всему, что они считали новым и что самое главное имеет западное происхождение. По утверждению К.Н. Леонтьева, на Западе возобладал самый худший для русского мыслителя сорт людей -буржуа. Российская интеллигенция только и делает, что суетится, стараясь подсунуть русскому мужику «западное просвещение», в котором он ничуть не нуждается, и оно для него является даже смертельно вредным. Отсюда вполне естественен разлад между мужиком, защищавшим свой, сложившийся веками уклад жизни, и интеллигенцией, не знающей толком, чего она хочет [5, т. 7, с. 383].

Н. Бердяев, С. Булгаков, П. Струве, М. Гершензон, Б. Кистяковский, А. Изгоев, С. Франк выступили с предостережениями о возможных последствиях для русских людей западного влияния, которое, по их мнению, подавляет нравственность и духовную свободу личности.

«Ключ к грядущим судьбам страны, — по мнению С.Н. Булгакова, — находится в руках интеллигенции» [6, а 45]. Именно интеллигенция есть носитель нравственности, религиозности, ответственности за русский народ. «Нет более стихии, нежели церковь, именно потому, что здесь нет “народа”, есть только церковь, единая для всех и всех единящая. Однако никогда я не был слеп и глух к страданию народному, к неравенству. Себя мы чувствовали все-таки привилегированными, как бы ни было в действительности скромно наше существование. Это сознание вносило острое чувство стыда и социального покаяния, хотя и бессильного» [7].

С.Н. Булгаков определял революцию 1917 г. как «интеллигентскую», так как осуществлялось «духовное руководство с мировоззрением, навыками, вкусами и социальными замашками именно интеллигенции» [8, с. 79].

Булгаков определяет причину приверженности интеллигенции к революции: «интеллигенции было свойственно чувство виновности, социальное покаяние, перед “народом” или “пролетариатом”» [9, с. 80]. Интеллигент ставит себя в положение мученика, а за эти мучения требует к себе благоговейного отношения. Его сознанию характерны неуважение к смирению, покаянию и скромности, что приводит к противоречиям в поведении и мышлении: готов к роли спасителя отечества и массовым жертвам и подвигам. Чужой среди почитающих святых и благоговеющих перед властью, держится вызывающе перед праведником или аристократом, все бессмертное готов собственноручно выскоблить во имя тотального равенства. Интересы распределения и уравнения в сознании интеллигенции доминировали над интересами производства и творчества. Они охотно принимали идеологию, в которой центральное место отводилось распределению и равенству, к иной идеологии относились подозрительно [10, с. 25, 26].

Б.А. Успенский называет интеллигенцию «специфическим феноменом русской культуры» [11, с. 10], которая при определенных обстоятельствах меняет характер и направленность своей оппозиционности. Объединяет интеллигенцию не идеологическая программа, а традиция противостояния. Находясь в оппозиции к доминирующим в социуме институтам, она в то же время находится в зависимости от них.

На скрытые черты морального и культурно-философского мировоззрения обратил внимание С.Л. Франк: «Крушение общественного движения, руководимого интеллигентским сознанием, и последовавший за этим событием быстрый развал нравственных традиций» [12, с. 153].

И.Б. Струве в категорической форме утверждал, что до рецепции социализма на русской почве интеллигенции вообще не существовало, а был только «образованный класс» и разные в нем направления [13, с. 151]. Струве подходит к проблеме интеллигенции как к категории, которая есть порождение взаимодействия западного социализма с особыми условиями культурного, экономического и политического развития России, где объект исследования формируется из понятия народ, интеллигенция, мещанство, за каждой из этих категорий стоит не столько набор идей, сколько определенный стиль жизни [14, с. 75-91].

Характерной чертой поведения интеллигенции была ее двойственность, о чем писал И.В. Киреевский: «В Европе раздвоение духа, раздвоение мыслей, раздвоение наук, раздвоение государства, раздвоение сословий, раздвоение общества, раздвоение семейных прав и обязанностей, раздвоение нравственного и сердечного состояния, раздвоение всей совокупности и всех отдельных видов бытия человеческого, общественного и частного. В России, напротив того, преимущественное стремление к цельности бытия внутреннего и внешнего, общественного и частного, умозрительного и житейского, искусственного и нравственного. Поэтому, если справедливо сказанное нами прежде, то раздвоение и цельность, рассудочность и разумность будут последним выражением западноевропейской и древнерусской образованности» [15, с. 290].

Русская интеллигенция была едина во мнении в представлениях о миролюбивом и пассивном характере народа, стремящегося скорее подчиниться, чем повелевать, поэтому, чтобы реализовать «дремлющие» возможности, необходима была политическая воля и национальная идея, которые придали бы этой материи нужные формы.

Движущей силой могла стать часть общества, которая в состоянии преодолеть сословные предрассудки и пойти в народ, а национальной идей — теория «официальной народности», где вдохновителем был царь, в роли наставников просвещенная интеллигенция.

Отмена крепостного права в 1861 г., переход на капиталистические рыночные отношения привели Россию к новому социально-экономическому раскладу, в результате которого незначительная часть общества была отмечена раскрепощением личности и достижением внутренней свободы как условия активного, осознанного общественно-политического действования. Что касается традиционных нравственных устоев, то они свелись к тому, что неимущий должен был всеми средствами приобретать, а имущий хранить и приумножать свою собственность.

Расслоение и конфронтационность стали характерной чертой социума конца XIX -начала XX в., когда власть проявляла пассивность и полное непонимание своего народа. Консервативное монархическое течение как формирующее направление государственной идеологии не сумело объединить нацию. Официальная идея, что «мужик есть опора трону и государству, надо только убрать смутьянов и поджигателей», оказалась несостоятельной. Последние надежды связывались с меценатством, «хождением в народ» дворян и разночинной интеллигенции.

Либеральная интеллигенция стремилась поднять крестьянство до своего уровня: из мира «дольнего» в мир «горний». Хождение в народ, желание осчастливить его, направить к лучшей доле, столкнулись с непреодолимым препятствием. Кто у кого должен учиться нравственности, духовности, культуре? Народ из глубинки у столичных просвещенных классиков или просвещенные классики у простого народа.

Россия стояла перед выбором — допетровская патриархальность или радикальные, революционные преобразования. Ситуация осложнялась тем, что представления русского мужика о добре и зле, красоте и пользе, ценностях земных и духовных, расходились с взглядами русских интеллектуалов.

В пору исканий выбора путей развития страны были занесены семена социалистической идеологии, которые нашли свою благодатную почву. Социализм подавался как социально-политическое явление, где нет места капиталистической эксплуатации и произволу власти. Радикально настроенные слои русского общества восприняли идеи социализма как сигнал к атаке на власть помещиков и капиталистов.

Образование в России института парламентаризма привело к концентрации многочисленных политических воззрений и идейно-политических течений, которые организационно оформились в политические партии. Многопартийность стала реальностью общественно-политической жизни, однако это не привело к консолидации общества, а, скорее, наоборот, еще больше его расшатывало.

Если в Европе цивилизационное развитие осуществлялось исторически, проходя все необходимые этапы, то в России процессы модернизации осуществлялись без анализа целесообразности, политической дальновидности, учета менталитета, или полностью отторгались как иностранные, с упованием на отечественную самобытность, свой жизненный и социально-исторический опыт.

Эти противоречия как в зеркале отразились на деятельности политических партий. Российские партии сформировались в русле противоречивых изменений в системе социальных отношений. Партийная система не создавалась целенаправленно, а складывалась спонтанно как результат влияния политически активного элемента — интеллигенции.

Диалог о путях развития России, в том числе западников и славянофилов, не дал положительных результатов. Все течения общественной мысли уверовали в собственную непогрешимость, знание и владение абсолютной истиной в последней инстанции.

В итоге, войны и революции сделали печальный вывод по поводу исканий имперской России. Все идейные течения оказались задействованными в событиях февраля — октября 1917 г., а после разгрома белого движения в эмигрантской литературе широкое распространение получил тезис о виновности интеллигенции в социальной катастрофе, сгубившей Россию.

Представления об интеллигенции как носителе национального самосознания сформулировал академик Д.С. Лихачев: «Постоянное стремление к свободе существует там, где есть угроза свободе. Вот почему интеллигенция как интеллектуальная свободная часть общества существует в России и неизвестна на Западе, где угроза свободе для интеллектуальной части общества меньше» [16, с. 371].

Для нашего народа, в отличие от народов других стран, характерна не столько утилитарная, прагматическая, сколько духовно-нравственная направленность доминирующих в общественном сознании ценностей: справедливость, истина, красота, вера и совесть. В русском народе есть свобода духа, которая дается лишь тому, кто не слишком поглощен жаждой земной прибыли и земного благоустройства.

Интеллигенция в России, ее интересы никогда не были связаны ни с личной выгодой, ни с интересами классов, она всегда имела собственные символы веры, это скорее независимое и неформальное движение, ведущий принцип которого — служение народу.

Ссылки:

    1. Иванов-Разумник Р.В. Что такое интеллигенция? // Интеллигенция. Власть. Народ. Антология. М., 1999.
    2. Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века // О России и русской философской культуре. М., 1990.
    3. Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. М., 1999.
    4. Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. в 30-ти томах. Т. 21-27. Л., 1972-9G. б. Леонтьев К.Н. Собр. соч. М., 1919.
    5. Булгаков С.Н. Героизм и подвижничество // Вехи. Интеллигенция в России: сб. ст. 19G9-191G. М., 1991.
    6. Булгаков С.Н. Моя Родина // Русская идея. М., 1999.
    7. Там же.
    8. Там же.
    9. Бердяев Н.А. Философская истина и интеллигентская правда. // Вехи М., 1991.
    10. Успенский Б.А. Русская интеллигенция как специфический феномен русской культуры. РОССИЯ/ RUSSIA. Вып. 2 [1G]. М., 1999.
    11. Франк С.Л. Этика нигилизма // Вехи. Интеллигенция в России: сб. ст. 19G9-191G. М., 1991.
    12. Струве И.Б. Интеллигенция и революция // Вехи. Интеллигенция в России: сб. ст. 1909-1919. М., 1991.
    13. Там же.
    14. Киреевский И.В. О характере просвещения Европы и о его отношении к просвещению в России // Критика и эстетика. М., 1979.
    15. Лихачев Д.С. О русской интеллигенции // Лихачев Д.С. Избранные труды по русской и мировой культуре. СПб., 2006.

https://cyberleninka.ru/article/n/rossiyskaya-intelligentsiya-i-natsionalnaya-ideya

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

12 − 9 =