Игорь Золотусский

Советский и российский историк литературы, писатель, литературный критик, журналист.

Президент Международной ассоциации творческой интеллигенции «Мир культуры».

Лауреат Премии Правительства РФ в области культуры (2010).

Награжден орденами «Знак Почёта» (1984), «Дружбы» (2010), «За заслуги в культуре и искусстве» (2022) (Материал из Википедии — свободной энциклопедии).

«Интеллигенция растерялась.
Она не знает, в какую сторону смотреть
и за чьей мантией бежать»
И.П. Золотусский

Тема интеллигенции в творчестве Игоря Петровича Золотусского не случайно занимает одно из ведущих мест. Как историк литературы он не мог обойти эту тему стороной, а, главное, не мог не обратить внимание на нравственное состояние нынешнего поколения интеллигенции. О том, как это происходило, писатель рассказывает:

«Много лет назад я внимательно занимался Блоком, когда готовил доклад о нем для международной конференции. Тогда я был тронут его ясным и требовательным взглядом на сословие, к которому он сам принадлежал. Он был беспощаден в первую очередь к самому себе. Он через себя, через свою жизнь пытался понять судьбу интеллигенции и в XIX, и в XX веке. Этот взгляд я принял для себя. В новой книге [От Грибоедова до Солженицына: Россия и интеллигенция, — Мих.] я иду вдоль собственной судьбы, не отделяя себя ни от кого из тех людей, с кем я жил в одно время. …

Только через нить собственной жизни я начал понимать судьбу русской интеллигенции в ХХ и уже XXI столетии. А сейчас настало время, когда только мы сами можем высказаться о себе. Здесь не помогут ни Тютчев, ни Блок, как они ни велики. Но тютчевская нелицеприятность и блоковская беспощадность к себе, конечно, определили максимализм и, если хотите, идеализм моего взгляда на интеллигенцию. …

Отличие великих русских писателей от обычной интеллигенции заключалось в том, что они главным образом противостояли не власти, а самим себе» (Игорь Золотусский: Либеральная интеллигенция переживает крах // rg.ru).

В одной из статей под названием «Интеллигенция: роман с властью», вошедшей в сборник «Интеллигенция: смена вех: Критика. Эссе. Портреты»,  Игорь Петрович с горечью пишет:

«Роман интеллигенции с властью уходит в глубину веков, и мы не можем предсказать его продолжения. Так было, так есть и так будет, скажет многоопытный читатель. И окажется невдалеке от истины.

Роман этот выгоден обеим сторонам. Интеллигенция этически обеспечивает легитимность власти, власть обеспечивает ее материально. Если прогнать от трона поэта, артиста, наконец, шута (он же поэт и артист), при дворе станет скучно, а заморскому гостю, когда тот посетит царские палаты, нечего будет показать. Искусство украшает жизнь, украшает оно и власть.

Этот роман может носить характер трудового соглашения (ты — мне, я — тебе), может быть перемирием, легкой, летучей страстью, может и перейти в законный брак. В этом случае его последствия печальны» (Золотусский И.П. Интеллигенция: роман с властью // zolotyssky.wordpress.com).

А самые ценные и полезные для себя мысли находим в статье «Интеллигенция: смена вех» из того же сборника, в которой автор сравнивает отношение к совершаемым ошибкам, так называемой, старой интеллигенции и нынешней:

«Почему-то наша интеллигенция всегда хорошего мнения о себе. Если что-то в отечестве идет не так, то тут же выплывает ответчик— Кремль или безымянные «они», от которых весь вред. Миф о том, что интеллигенция, как жена Цезаря, чиста и невинна, нашел себе место и сегодня. …

Старая интеллигенция была недовольна собой. Лучшие ее люди мучились этим, стыдились своего достатка, если он у них был, строили школы, работали на голоде, старались подкормить крестьян или бедных студентов. Вечная вина перед народом — таково было внутреннее состояние всякого, кто благодаря образованию и таланту поднимался наверх.

Наши предшественники — интеллигенты начала XX века — не так, как мы, смотрели на историю и на себя. На страницах «Вех» (1909) и сборника «Из глубины» (1918) они сурово осудили себя. Они заявили (в «Вехах»), что революция 1905—1906 гг. была интеллигентской, и ответ за ее последствия должна держать интеллигенция.

Революция 1991 года (а до нее горбачевская перестройка) также были интеллигентскими, поскольку их идеологически готовили мы (автор не отделяет себя от тех, о ком пишет), и на их знамени были начертаны слова, составленные интеллигентами 60—70-х гг.

Чего мы желали? Прежде всего свободы. Свободы любой ценой и сей же час. Ждать мы устали. Наши отцы и деды свободы не видели. За неё их расстреливали и пытали. Вместе с мечтой об освобождении мы копили месть. Нам не терпелось рассчитаться со всем, на чем стояло клеймо: советское.

Свобода, как золотой ключик в сказке, должна была открыть заветную дверь.

Но как мы понимали свободу, как рисовали себе ее облик? Прежде всего как свободу слова, свободу митингов и демонстраций, которую демагогически обещала, но не дала сталинская конституция. Отталкиваясь от нее, мы строили нашу мечту по методу «от противного». И оттого она кровными узами связалась с советской ложью, советским воспитанием, советской нетерпимостью.

Отсюда — спешка, забегание вперед, попытка пришпорить историю» (Золотусский И.П. Интеллигенция: смена вех // zolotyssky.wordpress.com).

И нужно отдать должное, подвергая справедливой критике нынешнее поколение интеллигенции, писатель далек от ставшего уже привычным огульного осуждения:

Библиотекари, учителя, врачи, работники музеев (святые люди) по-прежнему служат народу и, иногда голодая, помогают ему. Имена их никому не известны, но я не знаю, что стало бы с честью нашего сословия, если б не они.

Таких интеллигентов особенно много в провинции, может, еще и потому, что соблазн больших денег туда не проник. А может, потому, что они, как и старое земство, не снисходят к народу, а пребывают в нем» (Там же).

 г.

К РУБРИКЕ:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

4 + 19 =