Станислав Рассадин
Не случайно Станислав Борисович Рассадин испытывал живой интерес не только к русской интеллигенции, но и к оставленному ею наследию. Кто, если не носитель интеллигентности, — интеллигент в высшем смысле этого слова, — мог так о ней сказать: «Интеллигентность определяется тем, чего — нельзя».