Дмитрий Петрович Святополк-Мирский

Русский литературовед, литературный критик, публицист.

В 1937 году был арестован, приговорён по «подозрению в шпионаже» к 8 годам исправительно-трудовых работ, в июне 1939 года умер в лагере под Магаданом. Реабилитирован в 1963 году (Материал из Википедии — свободной энциклопедии).

«Гуманная мягкотелость» составляла ядро его природы как интеллигента»
Е. Илларионова

Несмотря на наличие признаков, свидетельствующих об интеллигентности Дмитрия Петровича Святополк-Мирскиого, сам он о ней не упоминал. Зато оставил описание той категории русского общества, которая, начиная с 60-х годов XIX в., вплоть до революции 1917 г. называлась интеллигенцией. Хотя оно не уникально, но еще раз подтверждает тезис о том, что интеллигенция России всегда была и остается очень и очень неоднородной по той простой причине, что понятие интеллигентности никогда не было критерием ее идентификации. В охваченном периоде, например, кроме образованности, эту функцию, выполняли такие признаки, как социально-политическая активность, отказ от традиций, оппозиционность, атеизм, революционность и т.п. Интеллигентность же, существуя сама по себе, нисколько не напрягала своим существованием тех, кто, проповедуя насилие, искренне считал себя русским интеллигентом.

«Освобождение крестьян нанесло смертельный удар экономиче­скому благоденствию поместного дворянства – класса, который до этого времени монополизировал литературную культуру. Больше всего по­страдала от освобождения крестьян среднепоместная его часть, самая передовая в умственном отношении. Вместо них поднялся новый класс – интеллигенция. Происхождение этого класса не­­од­нородно. Туда вошли и многие представители разорившегося дворянства, но основой стали люди, поднявшиеся из низших, или, точнее, примыкающих классов, не имевших ранее отношения к современной цивилизации. Больше всего среди шестидесятников было людей, отцы которых принадлежали к духовному званию. Всех их объединяла общая черта – полное отречение от родительских традиций. Сын священника обязательно становился атеистом, сын землевладельца – аграрным социалистом. Бунт против традиций – таков был девиз этого класса. …

У слова интеллигенция два значения. В более широком смысле оно включает все образованные классы и свободные профессии, независимо от их политических взглядов и градуса политической активности. В более узком смысле оно обозначает особый сектор этих классов – тех, кто активно и ревностно заинтересован в решении политических и общественных вопросов. В еще более узком смысле оно в дореволюционной России стало обозначать только более или менее радикально настроенные группы. Славянофилы и консерваторы не были «интеллигенцией». В этом смысле интеллигенция – замкнутый круг посвященных, секта, чуть ли не рыцарский орден. Такой русская интеллигенция стала в 60-х гг. и такой оставалась до самой большевистской революции. Туда никогда не входила вся интеллигенция (и даже ее большинство) в широком смысле. Но она оставалась центром, магнитным полюсом, притягивающим большинство. Влияние ее было велико. Основную армию радикализма составляли университетские студенты, но они находились под водительством прессы, литературы. Внутри этой «церкви» были свои разногласия по мелочам, и немало, но в нескольких основных вопросах они были едины. Во-первых, это была враждебность к существующему режиму; затем – вера в прогресс и демократию и чувство долга по отношению к тем, кого в 60‑е гг. называли «младшим братом», т. е. к необразованным трудовым классам. Большинство радикалов были социалистами, но и на передовых либералов они смотрели как на «своих», если те были настроены в достаточной мере антиправительственно. …

Немало интеллигентов, ничего общего не имевших с атеистическим оптимизмом Ленина, приветствовали его революцию, охваченные духом самоубийственного экстаза. Они надеялись и верили, что старый буржуазный мир, так бесполезно нагородивший всю эту культуру, будет разрушен и новое человечество родится к новой жизни на новой и голой земле. Они верили, что разрушение материальных богатств, политического и экономического величия даст большую свободу духа и что наступающая эпоха станет великой эпохой духовной культуры» (Святополк-Мирский Д.С. История русской литературы с древнейших времен по 1925 год // may.alleng.org).

Презентация книги М.В. Ефимова «D.S.M. / Д. П. Святополк-Мирский: Годы эмиграции, 1920–1932»:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

три + 7 =