Попов Д.С. Бескрылый пегас интеллигенции

Летом 2004 г. на Земляном валу, рядом с музеем и общественным центром имени А.Д. Сахарова открыт памятник российской интеллигенции «Пронзенный пегас». Это событие вызвало неоднозначный резонанс в обществе. Один из авторов скульптурной композиции Д.Ю. Митлянский характеризовал его следующим образом: «Русское искусство, русская литература всегда были социальными. Поэтому мы пришли к мысли, что нужно сделать какой-то обобщенный образ, создать общий памятник интеллигенции, а не кому-то отдельно. Пегас это образ поэзии, романтики, искусства… В нем собрано лучшее, что присуще интеллигенции. Это суть ее. Россия живет, и значительное место в ее жизни занимает интеллигенция, начиная от Радищева и до сегодняшних дней. Она существует, живет, борется, движется вперед! Ее движение это символ жизни.»

«Невозможно представить памятник интеллигенции «от благодарной России», на народные деньги воздвигнутый», считает критик П. Басинскиий. «Не только интеллигенция страдала от тоталитаризма. Но зато, и это самое главное, значительная часть пострадавшей от тоталитаризма интеллигенции как раз и обслуживала тоталитаризм, получая за это дачи, пайки и машины… Если принять эти рассуждения, то, вероятно, памятником интеллигенции должен быть не крылатый конь, а коленопреклоненная фигура блудного сына… Установка памятника самим себе это поступок бюргера, который очень уважает себя. И очень не уважает тех, кто не уважает его уважение к себе»1.

И совсем крайняя позиция в оценке состоявшегося события: «Вчера в сквере рядом с Музеем Андрея Сахарова тихо и скромно похоронили российскую интеллигенцию. Во всяком случае, открыли ей памятник, который обычно ставят посмертно», так начинается статья обозревателя газеты «Известия» Б. Степового2. С подобным утверждением вряд ли можно согласиться. В Москве сотня памятников революционным рабочим (не все из них погибли на баррикадах), летчикам, колхозникам, космонавтам и пр. Ничего посмертного в них нет. Памятник Мухиной у ВВЦ никак нельзя трактовать в качестве надгробного памятника союзу рабочего и колхозницы. Однако такая позиция имеет под собой и достаточно веские основания.

Многие склонны полагать, что интеллигенция это исключительно российский, возникший в XIX столетии, феномен. Однако сохраняется ли та, дореволюционная интеллигенция в неизменном виде? Пожалуй, нет. Имя «интеллигенция» остается, но содержание изменяется порой до неузнаваемости. Нечто сходное происходит и с такими историческими понятиями, как дворянство, казачество и др. Внешняя терминологическая оболочка скрывает либо отсутствие социального содержания, либо его радикальное изменение. Эти понятия полностью виртуализируются, оформляя деятельность современных групп, имеющих лишь чисто внешнее декоративное отношение к их историческим образцам.

В каком-то смысле открытие памятника это, действительно, символ ухода интеллигенции с исторической сцены. Движение шестидесятников на исходе своей исторической миссии вылилось на улицы и площади Москвы многомиллионными митингами и демонстрациями конца 1980х начала 1990х годов, защитой Белого дома августа 1991 года. Но это была, как можно предполагать, предсмертная агония русской интеллигенции. Ее идеалы и принципы были полностью низвергнуты последующими годами рыночной стихии и новоявленного авторитаризма.

Здесь впору вспомнить известный афоризм американского социолога У. Томаса: «Если ситуация определяется как реальная, она реальна по своим последствиям». Духовное лидерство интеллигенции конца 1980х начала 1990х широко признаваемый факт. Исчезновение с политической сцены многих фигур видных интеллигентов рождает в сознании части интеллигенции мысль об утраченных возможностях, а вместе с этим и стремление как-то изменить неудачно сложившиеся обстоятельства. В этом контексте открытие памятника интеллигенции может быть рассмотрено как желание еще раз напомнить о себе власти и обществу.

Приведенные неоднозначные, противоречивые суждения и являются в данном случае важным поводом поговорить о роли и месте в обществе этой социальной группы. Вопрос о сущности и путях развития российской интеллигенции справедливо считается одним из наиболее важных для всего постсоветского развития страны: ее роль в экономических, социальных и политических процессах во многом определяют результаты тех глубоких социальных перемен, которые переживает российское общество. В современной российской общественной мысли, социологии, публицистике интеллигенция одно из самых обсуждаемых понятий. С каждым годом множится число посвященных ее изучению исследовательских монографий, эссе, статей, не ослабевают споры о границах, численности, о самом факте ее существования.

О понимании термина «интеллигенция»

Термин «интеллигенция» можно охарактеризовать как довольно устойчивый в обыденном сознании и обиходном употреблении. Так, по данным фонда «Общественное мнение», на вопрос «Как Вы понимаете слово «интеллигенция» почти половина респондентов (42%) ответила, что интеллигенты это интеллектуалы образованные и эрудированные люди («высокообразованные люди»; «высокоинтеллектуальные люди»; «группа людей, имеющая высокий интеллект»; «население с высшим образованием»). Такая же доля опрошенных (41%) упоминает в этой связи моральный аспект. По мнению этой части респондентов, интеллигенцию составляют носители высоких моральных устоев и «духовной» культуры, порядочные, благородные, честные люди («высшая степень культуры»; «духовная культура»; «люди, у которых есть понятие совести»; «человек, который знает нравственные нормы»; «порядочность, честность, справедливость»; «воспитанные люди, не хамы»; «человечный, добрый гражданин»; «несет добро»; «любящие людей») . Однако при попытке научного использования термина возникают немалые сложности.

Исследователи концентрируют внимание на том факте, что российское словоупотребление сохраняет за понятием «интеллигенция» двойное значение, сама его неопределенность оказывается чрезвычайно важной и функциональной, позволяя незаметным образом связывать различные социальные контексты и ситуации использования этого слова. «Полюса значений заданы понятиями «специалист» «совесть народа», просветитель, защитник…. Одно значение используется во внешних ситуациях взаимодействия с властью, ситуациях государственного «управления», другой смысл предназначен исключительно для себя, т.е. это самоопределение людей, относящих себя к «интеллигенции», средство символической консолидации, усиления групповой сплоченности (по меньшей мере, части) «специалистов и служащих». Второе значение неформально, поэтому неопределенно, его употребление предполагает сопровождающий аффективный жест, общие чувства «своих», «порядочных людей». Соответственно, барьер в отношениях с другими — либо необразованными, либо непорядочными, кому в недалеком прошлом не только что самиздат было нельзя доверить, но с которыми бы лучше вообще не связываться»4.

С позицией, обычно называемой «социологической», можно ознакомиться в Большой советской энциклопедии: «Интеллигенция … общественный слой людей, профессионально занимающихся умственным, преимущественно сложным, творческим трудом, развитием и распространением культуры. Термин «интеллигенция» был введен в обиход писателем П.Д. Боборыкиным (в 60х гг. XIX в.), и из русского перешел в другие языки. Вначале под интеллигенцией понимались вообще образованные люди. Это слово нередко и сейчас употребляется в таком значении. В.И. Ленин включал в нее «…всех образованных людей, представителей свободных профессий вообще, представителей умственного труда (brain worker, как говорят англичане) в отличие от представителей физического труда» (Поли. собр. соч., 5 изд., т. 8, с. 309). Разные группы интеллигенции принадлежат к различным сообществам, классам, интересы которых интеллигенция осмысливает, обслуживает и выражает в идейно-политической и теоретической форме» . Как видим, в рамках этой трактовки к интеллигенции относят всех квалифицированных специалистов, получивших формальную сертификацию о специальном образовании.

Появление в России рыночных отношений делает возможным использование опыта западной социологии при изучении российского общества. В основе деятелъностно-активистского подхода к определению термина «интеллигенция» лежит, с одной стороны, концепция «практик», разработанная П. Бурдье, с другой, концептуализация социальной группы не как коллектива личностей, но как социального отношения. Характер социального отношения проявляется как статистическая повторяемость, воспроизводство практик. Таким образом, некоторая позиция социального пространства конструируется как ансамбль капиталов, значимо отличающийся от уже существующих. Чтобы члены общества могли идентифицировать себя с «интеллигенцией», сопоставлять или противополагать себя ей, необходимо производство и воспроизводство соответствующих практических схем.

При определении термина «интеллигенция» продуктивным в научно-теоретическом и социально-практическом отношениях может оказаться функционалистский подход. Определить значение понятия «интеллигенция» в данном случае позволяют другие термины «профессия» и «профессионалы», разработанные в американской социологии. Совокупность профессионалов, представителей всех профессий, в современном российском обществе можно (с определенными оговорками) обозначить традиционным для отечественной социологии понятием «интеллигенция».

О группах интеллигенции

В 2003-2004 годах мы провели серию глубинных интервью с представителями интеллигенции. На основе этих данных можно сделать определенные выводы о структуре сегодняшней интеллигенции. Было выявлено несколько типов интеллигенции, наиболее часто встречающихся в российском обществе.

Тип первый: следование исторической традиции. Просветительский долг перед обществом. Масштабные социальные перемены, подобные тем, что мы наблюдали в России в последние десятилетия, не происходят мгновенно. Для преодоления всех социальных травм нужно, чтобы сменилось поколение, а то и несколько. Интеллигенция оказалась одной из наиболее пострадавших групп. Изменились не только уровень жизни и материальный достаток, понизился статус интеллигента. Смириться с понижением статуса особенно тяжело. В начале 1990х годов произошло резкое сокращение численности интеллигенции. Из сферы интеллектуального труда, науки в другие области только за 1992 г. ушло 90 тыс. человек . Согласно проводимым тогда исследованиям, около половины (42%) опрошенных работников науки в условиях перехода к рыночной экономике предпочли бы совмещать научную работу в государственной структуре с работой в свободном секторе экономики; ограничились бы работой в госсекторе (НИИ, КБ, вуз и т.п.) только 25% опрошенных . Часть из наиболее знающих и работоспособных людей уехала работать (пусть даже на время) за рубеж. Некоторые занялись политикой, перешли в бизнес, пополнили ряды чиновников. Слой образованных людей стал быстро дифференцироваться.

Определенной (и довольно значительной) части интеллигенции особенно сложно принять новые условия: новый стиль работы, жизни, новый имидж. Большинство людей из этой группы относятся к старшим поколениям, полностью сформировавшимся в советское время. Этот социальный тип практически не воспроизводится в новых поколениях, что позволяет говорить о постепенном уходе советской интеллигенции с исторической сцены. Приведем ряд свидетельств.

Ностальгия по прежним временам:

Мне кажется, что русский народ никогда не жил так хорошо, как при Брежневе! Все в отдельных квартирах, которые бесплатно получали, и которые ничего не стоило оплатить. Там были всякие дефициты, но всегда все у всех было. В магазине нет, а в холодильнике есть. Дефицит даже создавал такую игру интересную надо было доставать там вещи, пальто или сапоги. Но именно потому ничего не было, что все было всем доступно. И любая студентка ходила в шубе. Все было справедливо. Можно было терпеть какие-то недостатки. А сейчас все можно купить, а денег нет. У меня такое стихотворение есть: «С финкой и кастетом на бульвар выходят наши дети».

Т.М., 70 лет, кандидат наук, доцент

Здесь необходимо добавить, что ностальгия может быть по совершенно разным периодам у кого-то по брежневскому времени, у кого-то по шестидесятым годам, у кого-то по началу девяностых и т.д. Отношение к советской власти может быть и негативное. Суть этого явления заключается в сложностях при адаптации в сегодняшнем обществе.

Малооплачиваемая, но социально престижная работа:

Поскольку я был ОТЛИЧНИКОМ, распределение получил хорошее: поближе к Туле. Есть тут такая в Ленинском районе школа. И семь лет я там отработал. Параллельно я поступил в аспирантуру заочно, защитил диссертацию, и уже, будучи кандидатом наук и получив диплом, продолжал работать в школе до 2000 года. Правда, в это время я стал на четверть ставки работать на кафедре. В школе стал завучем. И не ушел бы, наверно, оттуда вообще никогда. Если бы не определенные обстоятельства. […]

Конкуренция места в жизни для меня не существует просто потому, что я не занимаю высокого места. У меня нет шикарной квартиры, нет роскошной дачи, автомобиля. В этом плане планка требований у меня достаточно низкая, поэтому нет конкуренции, никто меня из моей ниши не вытесняет просто потому, что она никому не нужна.

Д.А., 32 года, кандидат наук, доцент

Стремление реализовать себя через профессию, выполнить гуманистический долг:

Мне кажется, что [сегодня] тяга к образованию [в обществе] вернулась. Но для студентов, которые учатся за деньги, это тяга к получению диплома, а не тяга к образованию. Поэтому мне жалко тратить свою жизнь на обучение таких студентов. Но не жалко делать это для тех, кто действительно хочет учиться. В педуниверситете 3 девушки попросили меня читать им дополнительные лекции, что я и делаю в течение полугода безо всякого вознаграждения. А вот читать тому, у кого нет предпосылок для понимания, или кто даже не хочет неинтересно.

ВТ., 63 года, доктор наук, профессор

Аффективность, часто чувство вины:

Мы же расхристали страну. Теперь до того дошло, что каждый сопляк [говорит]: «Интеллигенция беда России, Чернышевский интеллигент, а вот какой-то там Тютчев не интеллигент». Подрывается этический статус интеллигенции! Мне кажется напрасно. В этом моральном статусе, в этой социальной нише может она и должна сделать очень, очень много!

И.Е., 56 лет, доктор наук, профессор

Тип второй: советское наследие. Коллектив как средство и цель. Относящиеся к этому типу в большинстве случаев работают в государственных структурах. Государственные предприятия и организации, как и бизнес, требуют притока все большего количества высококвалифицированных специалистов. Однако, специфика госслужащих совершенно иная. Здесь нет высоких прибылей и рисков. Вместе со стабильным (и довольно невысоким) доходом представители данного типа получают возможность избежать особо острой рыночной конкуренции, их отличает относительно низкая мобильность. Требование, предъявляемое к работнику такого рода лояльность к власти, к руководству. Тем не менее, по сравнению с советским временем, в данном секторе сегодня гораздо больше возможностей для принятия самостоятельных решений, это позволяет видеть плоды своей непосредственной деятельности, а, следовательно, повышает и уровень ответственности.

Стабильная работа в госсекторе, боязнь изменений:

В коммерческом секторе надо быть всегда готовым к тому, что, ну, пусть не в любой момент, но, допустим, в течение определенного времени, работа может просто смениться. Может придется перепрофилироваться, переходить на другую [работу]… Может быть, какое-то время, что совершенно очевидно, придется оказаться и без работы. Я приведу пример моего товарища, юриста в коммерческой организации. Он получает, наверно, раза в полтора-два больше, чем я, но ему приходилось по полгода сидеть без работы. Он уходил, либо вынуждали уйти (прекращала свое существование контора, не сходился по характеру или стилю работы…). Поэтому там надо еще иметь такой небольшой «жирок», чтобы безболезненно претерпевать вот эти вещи. Я понимаю, это не мое, это другой стиль, другое мировоззрение.

И.М., 30 лет, юрист

Относительная закрытость к внешней среде, рынку, значимость статусной позиции:

Мне ни разу не приходилось менять работу. Как в «Капитанской дочке»: «На службу не напрашивайся, от службы не отказывайся». Должность, естественно, менялась. Начинал с инженера, потом конструктор, заместитель начальника отделения, кандидатскую защитил, что дало еще дополнительный толчок, теперь я начальник отдела. Я бы не сказал, что работа самое интересное в моей жизни. У меня много всяких увлечений, в частности, и живопись, и другими видами искусства я занимаюсь, растениями… Но чувство ответственности к работе такое, что я буквально вынужден был бросить свои увлечения и заняться работой так, чтобы поставленная задача всегда была завершена.

В.М., 54 года, кандидат наук, инженер-конструктор

Тип третий: стабильность и инвестиции в будущее. Предположение о том, что на смену старой «интеллигенции» приходит новая порода «интеллектуалов», не в полной мере подтверждается наблюдениями. К тому же, понятие «интеллектуалы» имеет не меньшую идеологическую нагрузку по сравнению с понятием «интеллигенция». Вероятно, лучшим термином может стать термин «эксперт» или «специалист» в предельно нейтральном значении. Происходит разделение интеллектуального сообщества на отдельные группы, являющиеся носителями экспертных знаний.

Вписавшись в систему рыночных отношений, интеллигент обретает новый способ рационального мышления. Он твердо знает, чего хочет потребитель какие книги, учебные курсы, любые иные интеллектуальные продукты. При этом, однако, необходимо учитывать, что многие области (к примеру, теоретическая наука) не имеют «прямых» выходов на рынок. В таких областях сложилась тяжелая ситуация, порой гораздо худшая по сравнению с советским периодом. Это вынуждает специалистов искать заработки «на стороне», которые позволяют решить материальные проблемы, но отвлекают от главного занятия, а, следовательно, являются препятствием в достижении высоких результатов.

Способность адаптироваться, работать в новых условиях (возможно, профессиональная переориентация):

В нашей специальности конкуренция очень сильна. Что компьютеры это будущее, общеизвестно, молодежь с 12летнего возраста пользуется им так же, как телефоном, среди них очень большая прослойка людей, которые достаточно компетентны в этой области. Поэтому я выбрал управление, то, что сейчас называется ГТ-менеджмент, «прошел» достаточно много поколений тех же самых компьютеров, имел дело с самыми разными системами, это дает основания считать, что я хороший руководитель, организатор ГТ-службы.

О.Г., 43 года, доктор наук

Работа в условиях, диктуемых рынком, конкурентоспособность:

Выбор. Все время выбор. А советский человек никогда перед выбором не стоял ему не нужно было ничего решать, за него все решили давно, что это будет так, а это будет так. Тенденция на сегодняшний день не важно, сколько у тебя дипломов, важно, что ты реально умеешь, какие у тебя есть специальности, что ты можешь делать.

Е.Г., 49 лет, кандидат наук, художник

Умение создавать и поддерживать имидж для успешной работы:

Ученый [сегодня] должен вырабатывать совершенно новые качества, вплоть до умения представить себя. Я не говорю, что это главное. Но и это тоже. Естественно, если я приду в стоптанных ботинках, от этого и отношение другое: «Если крупный ученый не может сам себе заработать на ботинки, о чем с ним разговаривать? Что он может сделать?». Или визитки. Особенно в первые годы развала. Понаделали их чуть ли не на папиросной бумаге. А визитка должна быть на прочной бумаге, с русским и английским текстом на обороте. Особенно это важно для иностранцев, по ней создается первое впечатление, решается, есть ли смысл общаться.

Е.В., 63 года, доктор наук, заведующий научной лабораторией

Удовлетворенность средним достатком, средними достижениями:

Лаборатория у нас самая большая в институте, 30 человек. Тяжелая. Насыщена всевозможными приборами, аппаратами. Установку высокого давления до 200 атмосфер, в специальном зале 8 аппаратчиков обслуживают. Хорошо жить мы в принципе не можем и никогда не жили. Для этого надо очень много денег. Такие деньги я находить не могу. Но более-менее прилично мы держимся, никто не разбегается, никто не уходит.

Е.В., 63 года, доктор наук, заведующий научной лабораторией

Тип четвертый: высокий риск и достижения. В 1990е годы резко возрос спрос на экономическое и юридическое образование. В настоящее время в России, наверное, уже не осталось ВУЗов, у которых не было бы экономических и правовых факультетов. Этот факт иллюстрирует, пожалуй, тенденцию к возникновению экономически и юридически грамотного слоя людей с высшим образованием, готовых ставить перед собой и решать самые разные задачи в самых разных областях бизнеса. Сегодня в наиболее развитых странах так называемая «экономика, основанная на знаниях», давно сменила традиционную, а «рынок знаний» часто более выгоден для капиталовложений, чем рынок товаров и услуг.

Для достижения успеха в бизнесе сегодня недостаточно быть просто расторопным дельцом, важно обладать особыми экспертными знаниями, способностью переносить высокие физические и психологические нагрузки, выдерживать жесточайшую конкуренцию. Умение работать в таком режиме открывает широкие горизонты обеспечивает высокий уровень материального достатка, доступ к дефицитным ресурсам, в том числе к власти.

Стремление к профессиональному и материальному успеху, высокой социальной позиции:

Многие, кто ушел из [научно-исследовательского] института, попали в хорошие бизнес-условия. Вот женщина-физик быстро освоила преподавание языка, и сейчас у нее хорошая практика, хорошие доходы. Через нее проходят многие топ-менеджеры западных компаний, которые работают в нефтянке. Они говорят по-русски, это она их научила. Такой уход в бизнес открыл новые перспективы, предоставил возможность занять высокие социальные позиции.

СВ., 52 года, доктор наук, профессор

Рациональность, прагматизм, конкурентоспособность, качества менеджера, руководителя, нацеленность на результат:

Когда я закончил аспирантуру, защитился (был 1992й год), на родном предприятии меня уже никто не ждал. Степень моя оказалась никому не нужна. Попытался какое-то время поработать в бизнесе, был брокером, но быстро понял, что это совсем не мое. Единственное место, где заинтересовались моей подготовкой, был университет. Я начал работать там, но продолжал заниматься теми системами, которые разрабатывал в аспирантуре, потом увлекся Интернетом, который стал достаточно распространен. И докторскую диссертацию защитил уже по экономике. В настоящее время «сижу» на двух службах: профессор педагогического университета, где преподаю информационные технологии для бизнеса и маркетинг и одновременно исполнительный директор компании, которая занимается разработкой программного обеспечения в основном для Интернета.

В.К., 41 год, доктор наук, профессор

Умерла ли российская интеллигенция?

Да, если иметь ввиду советскую интеллигенцию, уход ее неизбежен. Она существовала в ином социокультурном пространстве. Уход совсем не означает, что та, прежняя, интеллигенция была хуже, чем новый российский интеллектуальный слой. В каких-то отношениях она лучше! Но сменилась историческая эпоха. В стране сложилась абсолютно иная политическая и экономическая ситуация, произошли важнейшие институциональные изменения в обществе. Эта ситуация требует внутренней перестройки от представителей интеллигенции. И если такая перестройка по каким-то причинам не происходит, это приводит к маргинализации, уходу на периферию жизни общества.

Вместе с советской интеллигенцией уходит и мир ее идеалов. Сегодня существует реальная угроза разрыва цивилизационной преемственности. Поэтому важнейшая задача состоит в сохранении этого мира, пусть и в искусственной форме. Отечественные исследователи уже давно говорят о том, что «необходимо создать многогранную программу архивации мира русской интеллигенции. Многие из активно действующих ныне ученых еще могут проникать в этот мир, дешифровывать его и реконструировать. Это принципиально важно. Для следующего поколения он уже будет чисто археологическим ископаемым. Для нас же он частично живой. Требуется незамедлительно открыть программы по исследованиям истории и теории русской интеллигенции, архивировать всеми доступными средствами биографический материал, семейные традиции, иконографию и многое другое, что составляет документальное измерение истории и культуры интеллигенции. Открытие архива, музея, научного общества интеллигенции сегодня просто необходимо. Еще не все упущено. Но завтра уже будет поздно фрагменты Атлантиды навсегда уйдут под воду»10.

Возможно, создатели памятника интеллигенции думали не совсем об этом. Но, тем не менее, установка монумента произошла как нельзя кстати. Именно сейчас важно привлечь внимание и общества, и ученых к интеллигенции. Именно сейчас, пока еще не слишком поздно!

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Басинский П. Осознанная истерика // Политический журнал. №24(27). С. 87.
2 Стеновой Б. Памяти российской интеллигенции. Мы тебя не забудем // Известия. 2004. 30 июня.
3 Материалы фонда «Общественное мнение» // http://bd.fom.ru/reports/frames/body/of012905.html
4 Там же. См. с. 6 Гудков.
5 Амбарцумов Е.А., Ерман Л.К. Интеллигенция // Большая Советская Энциклопедия. М., 1972. Т. 10. С. 311.
6 Подробнее об этом см.: Шматко Н.А. Практические и конструируемые социальные группы: деятельностноактивистский подход // Россия: трансформирующееся общество. М. 2001.
7 См. Лукша О.В. Социология профессиональных групп: определение понятий // Профессиональные группы интеллигенции. М.: Издво Института социологии РАН, 2003. С. 62.
8 Мансуров В.А., Семенова Л.А. Некоторые тенденции в развитии профессиональных групп российской интеллигенции // Россия: Трансформирующееся общество. М.: Инт социологии РАН. 2001. С. 289.
9 Семенова Л.А. Об интеллигенции в кризисном обществе // Интеллигенция в социальных процессах современного общества. М.: Инт социологии РАН. 1992. С. 1011.
10 Покровский Н.Е. Прощай, интеллигенция // Независимая газета. 1997. 10 апреля.

http://ecsocman.hse.ru/data/673/762/1219/Sotsis_3_06_p128134.pdf

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

16 − пятнадцать =